Вместо этого она сама перекатилась на спину, открывая свою грудь.
Один удар и страдание мгновенно закончилось. Яркой вспышкой света, она растаяла в воздухе, оставив после себя лишь выжженный круг на ковре.
Лэш повернулся, чтобы уйти…
Не успев сделать и шагу, его тело отрикошетило обратно врезаясь в противоположную стену. Из глаз посыпались искры, когда на него обрушился поток силы
Потребовалось мгновенье, чтобы понять, что, черт возьми, произошло… и затем все стало ясно. То, что он дал проститутке, вернулось обратно.
«Вот, значит, как это работает», подумал он, сделав глубокий вздох и ощущая себя так, будто на полной скорости врезался в стену, катаясь на роликах.
Каким бы болезненным не был удар, он возвращал силу, так сказать, отправителю.
Ладно, возвращал ее, при условии, что до тебя первым не добралось секретное оружие Братства. Бутч О’Нил был ахиллесовой пятой Омеги, способный воспрепятствовать воссоединению, поглощая сущность зла, заключая убийцу в себе.
Почувствовав все на своей шкуре, Лэш теперь осознал, какой угрозой являлся О’Нил. Если к вам не возвращались пазлы вашего конструктора Лего, в конце концов, вы не смогли бы ничего построить — или еще хуже, если бы не осталось ничего, то, что тогда? Вы исчезали?
Да, избегать этого ублюдка Бутча будет задачей номер один. Ценная информация.
Отправившись в гараж, Лэш покинул ранчо на «мерседесе», направляясь к небоскребам в центре города.
Было чуть больше одиннадцати тридцати утра, повсюду сновали костюмы и галстуки, толпы ботинок стояли на перекрестках, ожидая сигнала светофора, затем переходили улицу прямо перед автомобилями.
Все эти люди были так самодовольны, с высоко задранными подбородками и смотрящими перед собой глазами, словно не было ничего важнее собрания, обеда или быстрого выполнения мелкого поручения.
Ему захотелось вжать педаль газа в пол и превратить их всех в кегли для боулинга, но у него и так было достаточно проблем, о которых предстояло позаботиться в самое кратчайшее время.
Его пункт назначения? Торговая улица и центр города с барами и ночными клубами. Которые, в отличие, от деловой части города, в это время суток еще пустовали.
Переехав через реку, его озарило, что две части города были как инь и янь — прямыми противоположностями друг друга. В солнечном свете здания финансовых корпораций со своими стеклянными панелями и стальными каркасами искрились и сверкали.
