Мой муж - предатель

Он обхватил мою ладонь и потянул за собой. Первые два шага я сделала не по асфальту, а по палубе корабля, который раскачивался на высоких волнах. Но потом я пришла в себя, вдохнула вечерний воздух и перехватила длинные пальцы Игоря, когда он открыл заднюю дверцу. Только я не нашла что сказать, вместо этого впилась в его красивые еще женатые губы… и пропала.

Именно в тот момент.

Именно тогда.

Глава 4

Брат мужа отвозит меня в больницу. Мы минуем симпатичный кафетерий, который кажется маяком другой жизни. Счастливой, а не той, что висит на волоске.

Здесь можно выпить кофе в картонном стаканчике и заказать круассан или бутерброд с сыром. Вместо этого мы поворачиваем к лифтам. И тут новая реальность сразу напоминает о себе. Громко и грубо бьются дверцы служебного лифта, на котором перевозят инвалидные коляски и каталки.

Я вздрагиваю от противного звука и непроизвольно наклоняюсь к Олегу. Он кладет ладонь на мою спину, но не произносит ни звука. И так всё ясно. Мы оба переживаем.

— Тут нужны бахилы, — Олег подает мне пачку и указывает на лавочки, которые стоят у входа в отделение.

— Посиди пока тут, я поищу врача.

Он проходит внутрь, протискиваясь через узкую створку. Почему-то открыта только она, а широкая часть двери заблокирована. Я остаюсь ждать в коридоре, рассматривая то район новостроек в окне напротив, то медицинский персонал. Я упустила момент, когда в государственных клиниках произошла столь стремительная смена поколений. Вокруг мои ровесники в белых халатах — со страничками в соцсетях, модными прическами и свежими симпатичными лицами.

— Саша, — зовет Олег, когда я совершенно теряю счет времени. — Я всё узнал.

— Ты видел врача?

— Да, мы поговорили.

— И что он сказал?

— Всё намного лучше, чем он думал вчера. Врачи какого-то хера любят сгущать краски и готовить к самому худшему, — Олег проводит широкой ладонью по волосам. — Игоря только что перевели из реанимации.

— Боже, — с моих губ слетает облегченный выдох. — Так он в порядке?

— В относительном.

У него перелом ключицы и сотрясение, но ничего критичного. Приехал человек Самсонова, они провели все обследования и страшные диагнозы не подтвердились. Игорь можно сказать родился в рубашке, он потерял кровь из-за рассечения, но головой он приложился настолько удачно, насколько это вообще возможно.

— Это не смешно, Олег.

— Это нервное, прости.

— А к нему можно? Сейчас?

— Он может спать, но пойдем. Я узнал номер палаты. Он в платной, там только он.