Мой муж - предатель

— Иди ко мне, — шепчет он. — Хватит, милая… Хватит издеваться надо мной, я всё осознал.

— И что ты осознал?

Я свободной рукой ловлю его подбородок и из последних сил выставляю дистанцию между наших губ. Мне трудно дышать, он так жадно сжимает мое тело, что я не могу сдвинуться даже на миллиметр.

— Что мне нужна только ты, — отвечает Игорь, скользя потемневший взглядом по моей шее и ниже, ниже. — Я справлюсь с собой, я что-нибудь придумаю, пройду лечение, если надо… Больше никаких шлюх. Я обещаю тебе.

— Игорь, слишком поздно.

— Нет, — он говорит, как отрезает, и по моей спине проходит холодок. — Ты сама знаешь, что только ты всегда имела значение. Ты даже ничего не знала. И не узнала бы. Я сделал всё, чтобы эта грязь не коснулась тебя.

— Вот именно, Игорь! Грязь… Ты нес ее в дом, в нашу постель.

— Я заразил тебя чем-нибудь? Я никогда без резинки.

Как же противно.

Как я могла вообще влюбиться в это циничное чудовище?

Где были мои глаза?

Я встряхиваю головой, выворачиваясь, но Игорь мощнее.

Он без напряжения отрывает меня от пола и переносит в сторону. Я сперва не понимаю, чего он добивается, но вскоре чувствую под собой твердую поверхность. Это большой стол, который стоит у окна в гостиной.

Боже, нет…

Игорь грубо усаживает меня на него и вклинивается между моих ног. Он совершенно теряется в своей жажде и не обращает никакого внимания на мои попытки выставить защиту. Он только разгоняется, двигается быстрее и нетерпеливее. И он все-таки впивается в мои губы жадным поцелуем.

Его длинные пальцы скручивают волосы на моем затылке, вынуждая принимать его ласку ртом.

Это длится ужасную секунду.

Всего одну.

Я не позволяю больше, я сцепляю зубы и кусаю его до крови.

Игорь рычит на выкрике и толкает меня! Выбрасывает ладонь и одним касанием швыряет в сторону. Я беспомощно проскальзываю по столу, но успеваю выставить руку и закрыть самое важное. Инстинктивно… Я так и замираю в этой позе, закрывая от ударов не лицо, а живот.

Игорь останавливается.

Он смотрит на меня, возвышаясь, и я вижу, как в его глазах разливается черное море.

Он понимает.

Он всё понимает.

— Ты… — он не в силах закончить фразу и лишь нервно ведет подбородком, указывая на мой живот. — Значит я тогда не ослышался?

— О чем ты?

— О твоих блядских выдохах, — произносит он с ледяной яростью. — Когда я звонил тебе в московский номер.

— Я не понимаю, что ты имеешь в виду.

Мой голос начинает подрагивать. Я выставляю ладони и пытаюсь отползти от него подальше.