Бианка и ее муж приняли ее с распростертыми объятиями, окружив заботой, которой она не встречала со времени смерти матери.
— Устроим для тебя каникулы, — заявили они. Не успеешь опомниться, а уже пятница, а с ней и Бенедикт тут как тут. Не сомневайся в нем, Кассандра. Он человек слова.
Этой же ночью он позвонил, чтобы убедиться в ее благополучном прибытии и сообщить о сделанном за день. Он договорился о помещении Эльвиры в больницу Реджо-ди-Калабрии для полного физического и психиатрического обследования.
Независимо от результата ее правление в фирме закончилось. Паскаль Ренальдо, институтский поклонник Франчески, сделал ей предложение.
Человек он вполне подходящий. С окончания колледжа занимается бергамотовыми садами, принадлежащими его семье, и вполне способен взять под свою опеку и принадлежащие семье Константине.
— Те аmo [12], Кассандра, — шептал Бенедикт Касси в трубку в конце разговора. — До пятницы.
В среду он снова позвонил. Он будет в Милане в половине одиннадцатого в пятницу утром.
Времени попасть на международный рейс вполне хватит. Завтра у него встреча с докторами, наблюдающими Эльвиру. Он выслушает их рекомендации и прибегнет к тому лечению, которое они назначат.
И снова, в конце разговора:
— Те amo, cara mia. Всего две ночи, и мы навеки будем вместе.
В четверг он не позвонил, но Кассандра удовлетворилась объяснениями Бианки, что передача бизнеса в руки Паскаля — долгий процесс, тем более после многочисленных упущений Эльвиры.
Но часы убегали, и, как не старалась Касси, ее сомнения разрастались, а оптимизм таял.
Пока Бенедикт не будет рядом, она не поверит в счастливый исход.
Вот и пятница. Сдерживая растущую тревогу, она в сопровождении Бианки приехала в аэропорт Малпенса встретить его рейс из Калабрии. Но в длинном списке прибывших пассажиров имени Бенедикта не было.
— Мы, должно быть, прозевали, — успокаивала Бианка, обнимая Касси за плечи. — Не забывай, мы договаривались встретиться в зале ожидания международных рейсов, не здесь.
Он мог пройти другим путем и сейчас, возможно, уже ждет тебя.
Но его не было. Когда Бианка позвонила в палаццо, чтобы узнать, выехал он или нет, на звонок никто не ответил.
— Это хороший знак, — настаивала она, упорно не соглашаясь признать невероятное — что он просто не появится. — Франчески нет, она помогает Паскалю. А Бенедикт где-нибудь здесь, покупает, может, тебе что-нибудь. Или он опоздал на самолет. Но даже в этом случае есть еще один.
