— Ох, Бенедикт. Так вот причина ее постоянных головных болей. И странного поведения.
— Вполне возможно. — Он повел ее к незанятым креслам, усадил, ожидая, пока она немного успокоится, прежде чем сообщить подробности. — К счастью, опухоль доброкачественная. Тем не менее ее удаление потребовало хирургического вмешательства специалистов, которых в Калабрии нет. Ее переправили в Рим. Там бригада нейрохирургов прошлой ночью сделала операцию.
— Ты говоришь, операция была вчера, и я только сегодня о ней слышу? Побойся бога, Бенедикт, почему? Ты не имел права скрывать от меня.
Эльвира и моя мать тоже!
— После установления диагноза все стало раскручиваться очень быстро. Ее головные боли оказались признаками работы часового механизма бомбы, готовой взорваться в любую секунду. Протяни мы еще неделю — да возможно, еще один лишний день, — могло бы быть слишком поздно.
— Даже так, один телефонный звонок…
— Бианка, у тебя все равно не было бы времени туда добраться — так что толку? Ты металась бы по комнате ночь напролет и мучалась, потому что ничем не могла помочь.
Я решил, что лучше подождать до завершения операции.
— А Кассандра? Разве она не заслужила хоть каплю информации? Не должна была узнать, почему ты не приехал вовремя?
— Я собирался сказать ей по пути в США.
— Вот только опоздал. Она жутко рассердилась, очень обиделась. Не знаю, как ты будешь оправдываться.
— Попытаюсь. — Взглянув на часы, он увидел, что прошел почти час с момента его прибытия в Милан. Если действительно попытаться реализовать задуманное, то терять времени нельзя.
— Моим долгом единственного сына было убедиться, что мама получила необходимую медицинскую помощь. Но тут мои обязательства заканчиваются. Остальное ложится на вас с Франческой. Потребуется длительный уход, прежде чем Эльвира восстановится, поддержка семьи. Я не могу стать ее опорой. Мне надо сохранить брак, позаботиться о жене и ребенке. С нынешнего дня я ставлю их во главу угла.
— Конечно. Я понимаю. — Она потянулась, поцеловала его в щеку.
— Вижу, тебе не терпится пуститься в дорогу, не буду тебя удерживать. Звони с хорошими новостями и не беспокойся о нас. Мы с Франческой справимся.
Он проследил глазами за ее удаляющейся фигурой. Жаль взваливать на ее плечи такое бремя.
У нее своя семья. Раньше он всегда кидался на выручку, стоило лишь намекнуть, был главной опорой семьи. Но что делать? Когда-то и ему надо устраивать свою жизнь.
Он пропах больницами, лекарствами, даже во рту привкус появился.
