За несколько минут до этого Букреев здорово над ней поиздевался и куда-то ушел. Видимо, водка закончилась. В общем, когда в дверь постучали, Оксана вскочила с дивана, на котором отлеживалась, и понеслась открывать, в абсолютной уверенности, что это вернулся муж. Но это был Бедин, который, увидев её, сначала шокировано замер, а потом учинил самый настоящий допрос. Странно… Но до этого случая Оксана никогда и никому не рассказывала о своей жизни. А с ним — как будто прорвало. Она уже и не помнила, что ему говорила, захлебываясь слезами.
Наверное, все… потому что больше не могла это держать в себе. Потому что была на пределе. Наверное, это понял и Бедин.
— Собирайся! — приказал он, резко переходя на «ты».
— К-куда?
— Ты больше с ним не останешься. Хватит. Нажилась.
Вот так, просто, ее мученья закончились. Оксана никогда не спрашивала, на что Бедин надавил, на какие болевые точки нажал, но больше ее муж не беспокоил. Несколько месяцев ей понадобилось на то, чтобы просто поверить в собственную свободу.
Она словно заново училась жить, дышать…
В тот самый первый вечер Георгию её везти было некуда. Поэтому он снял небольшой номер в гостинице, но уже к вечеру следующего дня позвонил и сказал, что подыскал для нее небольшую квартирку неподалеку от гимназии. И лично приехал, чтобы помочь Оксане с переездом. С тех пор он бывал у нее довольно часто. Она не задавалась вопросом, почему так. А когда он первый к ней потянулся — не стала отказывать. В конце концов — собственное тело было такой мизерной платой за то, что он для нее сделал! В тот момент Оксана отдала бы Бедину даже почку, если бы та ему только потребовалась.
Так сильна была её благодарность.
А потом… потом это переросло во что-то большее. Значимое…
Позвонить ему? Чтобы просто узнать, как добрался… Но… Оксана никогда ему не звонила первой, опасаясь, что увидит жена и станет задавать вопросы. Но ведь сегодня вроде как форс-мажор. Может себе позволить? Стакан опять опустел, Оксана подлила.
Бросила взгляд на часы, мигающие в темноте на духовке. Десятый час — вроде не так уж и поздно. Только она взялась за трубку, как в дверь позвонили. Оксана пошла на звук, выглянула в глазок и с шумом выдохнув, открыла.
Что-то было не так…
— Жор? Жор… тебе нехорошо?
— Мне плохо… Мне очень… очень плохо…
— Я позвоню в скорую, — Оксана дернулась, но Георгий не дал. Схватил за руку и дернул на себя. В нос ударил запах крепкого алкоголя и сигарет.
