— Пап, мне жаль, что я причинил тебе столько боли…
Он посмотрел на меня внимательно, и во взгляде явно читалось изумление. Но потом черты его лица расслабились:
— Повзрослел, — констатировал он, мягко улыбнувшись.
— Очень хочется так думать, да, — усмехнулся я.
— Принято, — кивнул он.
Позади послышался щелчок двери, и мама вернулась к нам.
— Раф, с Наташей всё хорошо, — положила она ладонь на мое плечо. — И с беременностью тоже. Но она.… фрустрирует. По крайней мере, так говорят врачи.
Но, в целом, психическое состояние удовлетворительное. И мне разрешили с ней поговорить.
— Это было бы здорово, — кивнул я.
— А у тебя — большая потеря крови, — нахмурилась она. — Поэтому я беру Наташу на себя, а ты ждешь полного анализа, и будем решать, переливать или восстанавливаться.
— Я нормально себя чувствую, — заявил было я, когда голова вдруг и правда пошла кругом, и я даже выключился на долю секунды, обнаруживая себя на кровати.
— Ч-ч-ч-ерт….
— Миш, побудь здесь, а я проведаю Наташу, — донеслось до меня будто сквозь воду. В голове зазвенело, а когда прошло, я обнаружил над собой склонившегося отца.
— Получше тебе? — тревожно спросил он.
— Да.… — я вздохнул и прикрыл глаза.
Вот бы сейчас целебных Наташиных котлеток!
*****
Когда Рафа не стала рядом, я будто повисла в невесомости. Показалось, что я действительно сильно ударилась головой, и мне много чего привиделось… Но врачи заверили, что никакого сотрясения нет, да и на голове нет никаких следов удара.
Когда пришлось отмести это предположение, я начала минута за минутой прокручивать в голове все, что произошло сегодня с того момента, как я услышала крик медсестры, что на улице видели медведя.
Выяснилось, что память исправно транслирует мне в подробностях, как я выбегаю на парковку, вижу медведя, потом Рафа, а следом понимаю, что в машине на стоянке — Дима с Леной.
Помню, как бегу сначала к медведю, а потом — от него… И женщину эту на земле тоже помню. Раф не позволил мне помочь ей, сказав, что это все — ее вина. Она привела медведя…
А потом все будто ускоряется и смешивается, словно кто-то нажимает на двоекратное ускорение пленки…
— Наташа, здравствуйте.
Я вздрогнула и подняла глаза. Передо мной стояла врач. Очень красивая, кстати.
