— Что ты знаешь? Под всем этим льдом есть чувство юмора.
— Ты думала, как далеко ты хочешь зайти? — он вернул мне бутылку, пустую на две трети.
— Могу я просто сказать тебе, когда остановиться?"
"— Судя по моей короткой истории с тобой, я предполагаю, что ты не остановишься, пока не потеряешь не только свою девственность, но и девственность любой другой благовоспитанной девушки в этом почтовом индексе. Давай договоримся, чтобы твоя девственная плева оставалась нетронутой.
Кому-то нужно было поработать над своими грязными разговорами.
— Звучит отлично. Ты из Нью-Йорка?
— Нет.
— Тогда откуда…
— Давай не будем говорить.
Окей.
Этот мужчина не попал в мою книгу по истории за самую приятную связь, но он был самым горячим на тысячу миль, так что я пропустила это мимо ушей.
Мы передавали шампанское друг другу, пока бутылка не опустела. Мое тело было похоже на провод под напряжением, гудящее от предвкушения.
Наконец ‒ наконец ‒ он поставил бутылку на землю, оттолкнулся от стены и зажал мой подбородок большим и указательным пальцами, запрокинув мою голову вверх.
Мое сердце кувыркнулось, нырнув в подложечную ямку, где оно превратилось в жижу.
Впервые его глаза блестели теплым одобрением.
— Я встречал агентов налоговой службы более симпатичных, чем ты. Но я дам тебе одну вещь. Вы очень аппетитная, мисс Таунсенд.
Мой рот открылся.
— Откуда ты знаешь…
Но я так и не закончила фразу, потому что он выплюнул жвачку на траву и заткнул меня обжигающим поцелуем.
Его рот был теплым и пах кострами, дорогими духами и мятой.
Это высосало из меня все мысли, вызывая головокружение.
Его тело казалось сильным, твердым и чуждым. Я влилась в него, обвивая его, как осьминог.
Он высунул кончик языка, раздвигая мои губы. Когда я с нетерпением открыла их, его удовлетворение отразилось в моем животе.
Он обхватил меня сзади за шею, чтобы углубить поцелуй. Теперь его язык был полностью у меня во рту, исследуя территорию так, будто он завоевывал каждый дюйм.
Вкус свежести от его жевательной резинки наполнил меня. Он был восхитительным, применяя правильное количество давления.
Вот так его резкие слова и каменная внешность растворились в страсти, огне и развратном обещании вещей, с которыми я не знала, смогу ли справиться.
Место между ног пульсировало.
Я попыталась вспомнить, было ли что-то, что я когда-либо делала раньше, похожим на это. Ответ был удручающе отрицательным.
Это была совершенно новая территория.
