Особенно мне не хотелось говорить ей, каким забавным был секс, когда она играла с искушением заняться им сама – и вне брака.
Я не была ханжой, но я также знала, какие неприятности ждут ее, если Чапел-Фолс сочтет ее скомпрометированной. К сожалению, я знала это не понаслышке.
Я застыла у входа в кухню, босиком.
— Я уверена, что однажды это случится со мной.
— Да. В какой-то момент ты сломаешь его, и он даст тебе развод. Я в этом уверена.
Но это означало бы, что больше не будет судьбоносного секса с моим нелепо горячим мужем.
Больше никаких оргазмов его талантливым языком. Никаких младенцев с его серыми глазами.
Нет. Я не хотела развода.
Нисколько.
После того, как я повесила трубку и доела свой третий ужин за день (биштекс Хетти по-тагальски и жареная люмпия), я удалилась в свою комнату, чтобы прочитать свои книги о Генри Плоткине, которые Ромео вернул. Время для перечитывания в преддверии четырнадцатой и последней книги серии.
— Печенька, — надменный голос Ромео прорычал из пасти его кабинета, — войди.
Ты имеешь в виду… как сегодня?
Посмеиваясь про себя, я последовала его указаниям.
Он сидел за письменным столом из красного дерева, работая на своем ноутбуке, в библиотеке буквально со всеми нечитаемыми книгами, которые я когда-либо встречала за его спиной.
— Да? — я наклонилась, чтобы натянуть свои забавные носки поверх спортивных штанов с Минни Маус.
— Сегодня Хэллоуин?
— Нет.
— Тогда почему ты одета как ребенок?
Я с важным видом прокралась в кабинет и одарила его солнечной улыбкой, зная, что это, в частности, испортило ему настроение.
— Комфорт прежде всего, верно?
— Нет, — его пальцы заскользили по клавиатуре. — Комфорт – это то, к чему стремятся посредственные люди, когда понимают, что валюта успеха – тяжелая работа.
Естественно, я потянулась к его библиотеке и заметила нижний ряд из примерно пятнадцати книг. Твердые льняные переплеты, суперобложки и какие-либо указания на содержимое внутри отсутствуют.
Я пощупала один, выдергивая его из гнезда, прежде чем вставить обратно.
— Это для украшения?
Он даже не обернулся, чтобы увидеть, о чем я говорила.
— Нет.
— Как узнать, какая книга какая?
— Открывая их.
— Это какая-то странная эстетическая вещь, которую богатые люди делают, чтобы нищие не догадывались, что они читают?
— Ты богатый человек.
— Да, но я ненормально богатый человек.
— Ты ненормальный человек. И точка.
