— Я также думаю о сексе ‒ с тобой, не волнуйся и о том, что случилось с Линдси Лохан? У нее была очень многообещающая карьера...
Ромео переплел свои пальцы с моими, засунул обе наши руки в передний карман своих брюк и повел нас в маленькое кафе на углу улицы.
— Меня беспокоит то, что спустя год ты все еще не усвоила урок.
Ну, а чего он ожидал? Я ведь бросила колледж.
—Что ключ к поиску горячего мужчины, который будет трахать мне мозги по всему Парижу, находится всего лишь в одном европейском печеньке?
Мы заняли столик на двоих на открытом воздухе, зажатый между пожилой парой и женщиной, сопровождаемой ее мастифом размером с медведя.
Ромео отпустил мою руку, пододвинув мне стул."
"— Осторожно, коротышка. Ты напрашиваешься на наказание.
— Возможно, все это часть моего гениального плана, — я сделала паузу, чтобы просмотреть меню, хмыкнув при виде каждого блюда, которое я планировала поглотить. — Или, возможно, я злюсь на тебя.
Вместо того чтобы занять место напротив меня, он проскользнул рядом со мной, указывая не менее чем на девять блюд в меню, как будто у него была прямая линия к моим сокровенным мыслям.
Он подтащил мой стул ближе, пока наши колени не поцеловались.
— И что, скажи на милость, я сделал, чтобы вызвать твой гнев? Кроме, конечно, того, что увез тебя в Париж на второй медовый месяц. Как ты сможешь оправиться от таких страданий?
— Сегодня утром... — я ломала голову, придумывая первое, что пришло мне в голову. — Это была не та дырка.
— Правда? — он посмотрел на меня ровным взглядом, как будто знал правду.
Рядом с нами собачница поперхнулась своим капучино.
И прекрасно. Я не злилась из-за этого. Вообще-то, я специально так себя позиционировала. Конечно, дети появляются с другого конца, но сейчас мы не пытались. Пока не пытались.
По правде говоря, я беспокоилась, что Ромео в конце концов обидится на меня за то, что я стала причиной, по которой он отказался от «Costa Industries». У меня на кончике языка вертелась мысль о том, чтобы затронуть эту тему, но каждый раз, когда я подходила к этому, я трусила.
С тех пор как я встретила своего мужа, месть была единственным, за чем он охотился, не считая, конечно, меня.
— Нет, — призналась я, не сумев придумать другого оправдания. Я хлопнула ресницами. — Может, повторим это сегодня вечером?
— Ты закончила притворяться, что злишься на меня? — Ромео возился с ожерельем, которое купил мне сегодня утром, с розой-педантом, перебирая инкрустированные бриллиантами звенья.
