Выморенные голодом лица, узкие бедра, торчащие ключицы и крашенные, жесткие волосы. Все они готовы были отработать и ночь, и целую неделю за те деньги, что я предлагал, но у меня не стоял ни на одну из них.
И тем более, ни с одной из них я не стал бы позориться, заявившись на свадьбу друга.
- Не годятся. – Бросил я, толкнул дверь и вышел из офиса агентства.
Выругался, сплюнул и достал телефон.
Набрал Киру.
- Ты свободна сегодня?
- О, Марк, я так рада, что ты позвонил!
- Так свободна или нет? – Переспросил я нетерпеливо.
- Да… могу приехать прямо сейчас.
- Не нужно никуда приезжать. У тебя есть приличное платье?"
"- Э… в смысле приличное?
- Пойдёшь со мной на свадьбу к Воскресенскому сегодня.
- Он что, женится?! – Для неё это тоже было сюрпризом.
- Представь себе.
- Неожиданно…
- Заеду за тобой в пять.
- Хорошо.
Кира была из состоятельной семьи: нашего возраста, хороша собой, не обделена мозгами. Её отец был директором одного из наших заводов, и Вик подцепил её на какой-то вечеринке для сотрудников.
Но запала Кира в итоге почему-то на меня.
Старательно сосала, трахалась с огоньком, очень пыталась понравиться, но поняв, что никаких серьёзных отношений ей не светит, быстро переметнулась обратно к Вику. Тот и не возражал. Передавать друг другу баб не было для нас чем-то сверхъественным, ведь ни одна из них не задерживалась в наших постелях надолго.
Вот и их роман длился не дольше недели – пока Кира не застала Вика в постели со своей подругой.
Воскресенскому тогда удалось избежать выяснения отношений: всё закончилось бабьей разборкой, а он просто оделся и ушёл. Кира не держала на него зла. Продолжала периодически спать с ним, но уже не надеясь на что-то большее.
Я позвонил ей, кажется, на пятый день своего заточения. Рожа моя тогда выглядела не лучшим образом, но мне было плевать, что она подумает. Мне нужно было выплеснуть на кого-то накопившееся напряжение, сорвать на ком-то свою ярость.
Кира не задавала вопросов, только присвистнула.
Сбросила туфли, одежду, сама достала из сумочки большую пачку презервативов.
Я трахал её во всех известных мне позах почти до изнеможения, но никак не мог кончить. Она стонала, кричала, потом умоляла её отпустить, а я не мог – двигался, как заведённый, весь в липком поту и часто дыша. Чистая механика – вперёд, назад, быстрее, ещё быстрее, грубо - пока не задымит резина.
Я не мог остановиться и получить разрядку тоже не мог.
