Мне кажется, ею провоняла вся моя квартира. Про машину и говорить нечего. Этой девушкой, ее духами и пресловутыми розами. Мне душно. Долго оно еще будет выветриваться? Я столько раз давал отставку девицам, не понимая, зачем они плачут и страдают, ведь было хорошо, дальше будет еще лучше, хоть и не друг с другом. Всегда находится кто-то привлекательнее и лучше. Да?
Сейчас же я просто в бешенстве. Хожу по квартире, хожу, хожу… Сука. Беру ключи и швыряю их в стену. Внутри зреет гнев — сильное густое чувство, которому обычно не даю выхода.
Забиваю поглубже всеми ресурсами, которыми обладаю, маску безразличия сверху. Он волнами на меня накатывает, каждая следующая — сильнее предыдущей. Во мне так много гнева! Будто я копил его годами, десятилетиями, словно не управлял им всю свою сознательную жизнь, а наоборот, избегал. А он копился. И теперь вырывается из меня, как из бездонной пропасти наружу. И я кричу. От злости, бессилия и нелепой обиды. Не из-за Риты, не из-за своей дрянной жизни, жестокой работы и вечного одиночества.
Из-за всего вместе. Потому что этого всего накопилось так много. Не в человеческих возможностях сдерживаться.
Захожу в ванную, смотрю на себя в зеркало, поднимаю кулак и разбиваю свое отражение одним ударом, затем опрокидываю комод в коридоре, пинаю межкомнатную дверь. Хочется кричать громче, но это лишнее, поэтому рычу. Истошно, на самого себя, потому что снова все прое*ано.
Я крушу собственную квартиру, просто потому что один, никто меня не видит, и не существует ни единого иного способа выплеснуть все то, что бахает внутри.
Звенит, раздирает на части.
Спятивший снайпер. Потом хожу из комнаты в комнату в обуви, потому что осколки кругом, хрущу ими, как косточками.
У меня двухнедельный отпуск, заняться совершенно нечем. Три вечера подряд мы с парнями бухаем в хлам в честь моего возвращения и успешного завершения длительной операции. Ликвидировали опасную группировку, провели операцию чисто, без потерь. Есть что вспомнить и рассказать, мы снова и снова обсуждаем детали случившегося, разбираем до мельчайших подробностей, нам всем это ужасно интересно, работа не отпускает никогда.
Каждый раз, когда прокручиваю в голове, начинает бурлить адреналин, нескоро еще забудется. Месяц точно буду возвращаться.
Домой прихожу под утро, в квартире по-прежнему жуткий бардак, как после ограбления. Такого еще ни разу не было, чтобы я ходил в обуви по комнате, в которой сплю.
