Я вижу, как он натягивает презерватив, нетерпеливо смотрю на ловкое действие округленными глазами. У него прекрасный член, который я не так давно целовала. И непременно сделаю это снова, но позже.
Он мягко и осторожно разворачивает меня к себе, укладывая на спину. Бросает взгляд на букеты цветов, которыми завален дальний стол, потом опускается ниже. Глаза полуприкрытые, возбужденные, цвета пепла в свете тусклого ночника. Обманчивое впечатление, пепел остается после пожара. Сейчас же огонь не потушен, стихия в самом своем разгаре и великолепии, скручивает от нетерпения нутро, жжет кожу, он сдерживает ее силой воли.
Еще немного — и отпустит на волю…
А я способна думать только о том, что хочу дать этому мужчине все, что ему требуется.
Он нависает сверху, смотрит на меня. Мы секунду медлим, а потом он наклоняется и целует. Нежно и медленно, ему очень вкусно, он тонет в собственной агонии, и я тону вместе с ним. Ведет пальцами по моим рукам, затем между грудей к пупку. Срывается на дрожь. Сначала думала, что показалось, но нет, это снова повторяется.
Я обнимаю его и поглаживаю по затылку, поощряя.
Он проводит пальцами там, где самое чувствительное место, расправляет влажные складочки. Я чувствую, как он упирается головкой между моих ног. Опускает лицо, утыкаясь мне в шею. Эмоции долбят барабанным маршем, мое тело пульсирует, а внутри так сладко. И хочется. Быть его, быть с ним. Чтобы любил, трахал, как ему нравится, потому что, клянусь, ни одна женщина никогда не хотела его так, как я сейчас.
Он делает толчок, входя на сантиметр, совершает круговые движения. Это ужасно приятно.
— Свела с ума, — шепчет неразборчиво.
— Я тебя люблю, — отвечаю ему сорванным голосом.
Он совершает глубокий резкий толчок, я откидываю голову и замираю. Появившаяся молниеносная белая вспышка перед глазами уничтожает удовольствие мгновенно. Оно меркнет, исчезает, а я проваливаюсь в пустоту. Я чувствую одну только боль. Адскую, невыносимую. Мне кажется, меня режут огромным ножом, разрывают пополам.
Боли так много, она начинается внизу живота, такая же страшная по силе, как недавний обескураживающий экстаз. Она проносится по телу, расходится стрелами, достигая каждой клетки, превращая мой мир в пытку. В голове перемыкает. Боль, страх, дикий ужас. Я вижу скальпель и белый свет.
И я кричу. Потому что вынести это было невозможно. Все эти операции… месяцами просыпаться с болью и засыпать с нею, жить в больничной палате. Этот запах.
