— Ольчик, уговори его! Умоляю!
— На что, Анфиса? — не поняла Ольга.
— Стать донором биоматериала. Это же… Это ж… Да я… Я же озолочусь, Оля! Я же их поштучно… Да ко мне очереди, толпы повалят! — Анфиса перешла на трагичный шепот. — Ипотеку закрою, Ольчик, детям на образование отложу, поживу хоть как человек… На острова отдыхать поеду. Ты только представь! Лежу я такая на пляже под зонтом. В одной руке коктейль из манго, в другой из этой, как ее? Маракуйи! А они стоят вокруг…
— Кто они? — тоже шепотом переспросила Ольга.
— Мужики. Все смуглые такие, накачанные и машут… этими… ну ты поняла.
— Опахалами? — подсказала Оля. Анфиса взглянула на нее и согласно махнула рукой.
— Пускай хоть опахалами. Уговори, а?
— Ничего не выйдет, Анфис, — вздохнула Оля, — Костя ни за что не согласится. Он патологически ответственен в отношении детей. И очень ревностно относится к сохранности своего генетического материала.
— Да как же можно! — Анфиска в возмущении даже стукнула ладонью по столу. — Откуда такой эгоизм? А генофонд нации? Надо и о будущих поколениях думать.
Да здесь же непаханное поле, здесь же литрами можно… в смысле, ради человечества можно и наступить на горло собственным принципам!
— У него пятеро сыновей, — заступилась за Аверина Оля, — он и так выполнил свой долг перед человечеством. Сполна!
— Эх, Ольчик, — укоризненно покачала головой Траханкова, — разве это много для такого экземпляра? Знаешь, сколько биоматериала среднестатистический мужчина бесцельно израсходует за всю жизнь? И это среднестатистический! А тут… Как подумаю, плакать хочется.
Плакать Анфиска, конечно же, не стала, наоборот, проделала необходимые манипуляции быстро и слаженно. Позвали Аверина, и она не смогла удержаться от удрученного вздоха с нотками безмерной печали.
— А когда на УЗИ? — спросила Оля.
— Как раз через четыре недели у нас первый скрининг, вот тогда и сделаем. А сейчас смысл? ХГЧ беременность подтвердит, а пол все равно еще не видно.
— Я и так знаю пол, — сказал Аверин, — это мальчик.
— Откуда? — удивилась Анфиса.
— Просто знаю и все.
Оля тоже знала, но не позволяла себе даже в мыслях расстраиваться. Это ребенок, ее ребенок, любимый и желанный. И кто он — мальчик или девочка — ей абсолютно все равно.
К концу приема Анфиса окончательно смирилась с потерей Аверина в качестве спасителя мирового генофонда. Она выдала Оле брошюру с основными советами для беременных в первом триместре, выписала витамины и дала ряд рекомендаций.
