— Мой отец был из тех, кто одним из первых начал зарабатывать деньги. Денег было много, давались они легко, пошли рестораны, курорты, женщины. Матери это надоело, она забрала нас и ушла. Думаю, что он все-таки по-своему ее любил, потому что поначалу хотел вернуть. Но мать упиралась, и тогда он начал ей мстить. Он нас купил.
Костя снова замолчал, и Оля молчала, боясь, чтобы он не передумал. Почему-то казалось, так будет легче его понять, хоть как-то разобраться в этом непростом мужчине. Но молчание затягивалось.
— Вас? — переспросила робко, зашевелившись в его руках.
— Да, нас с Юлькой, моей старшей сестрой. И самое мерзкое, что мы продались ему с потрохами. Мне было девять, ей семнадцать. Отец приезжал каждый раз на новой машине, оплачивал любую нашу прихоть. И я уже тогда заявил матери, что она неудачница, ничего не добившаяся в жизни. Я ненавижу себя за то, что повелся и не послал его вместе с его деньгами. Мама молча приняла то, что отец стал для нас чуть ли не божеством, и когда заболела, даже не сказала никому.
Она умерла, когда мне было шестнадцать, это стало для меня прозрением. Юля к тому времени уже вышла замуж за Арсения, у них родился Клим. Арсений был хорошим парнем, он вправил мне мозги, только было поздно. Климу было восемь, когда родителей застрелили на его глазах, он спрятался в шкаф, и киллер его не заметил. Я нашел его возле Юльки с Арсением, мне было двадцать, я учился на третьем курсе и жил в общаге. Марк не захотел оформлять опекунство, у него как раз тогда был самый разгар очередного романа.
Он согласился, чтобы Клима отправили в детский дом, и я дошел до ректора, но мне помогли оформить опекунство.
Оля моргала, руки дрожали, и только спокойный голос Аверина не давал ей сорваться в истерику. Она уже практически ненавидела Марка Аверина, представляя маленького Клима в детдоме.
— А когда ты узнал о Юле?
— Девушку, с которой у Марка был роман, звали Анна Виноградова. Я даже видел ее несколько раз, когда отец приезжал сюда по делам.
Но когда она забеременела, он ее бросил. Дал денег на аборт и выгнал. Ты прислала мне фото Ани, а Волошин — их обеих. Я сразу связался с Марком, и он признался, что Анна не сделала аборт, а родила дочь, которую назвала Юлей. Надеялась, что отец женится на ней, но он Юльку был готов признать, а жениться — нет. Анна недолго поигралась в дочки-матери, отдала ее в интернат, а сама принялась устраивать личную жизнь.
