Она передвинулась ближе, села напротив и внимательно вгляделась в его лицо, чтобы проверить, не смеется ли он над ней. Но Костя казался предельно серьезным.
— Тогда, — во рту вдруг пересохло, она облизнула губы, — тогда я предлагаю тебе встречный контракт, Аверин. Если твое предложение остается в силе, конечно.
— Остается, — он даже дыхание затаил.
— Я соглашаюсь на твои условия, а по истечении контракта ты проходишь со мной все эти процедуры.
Аверин не сводил с нее немигающего взгляда.
— Ты подумай, — продолжила Оля, приставив указательный палец к широкой, обтянутой рубашечной тканью, груди, — хорошенько подумай.
Тебе придется воздерживаться по несколько дней, от трех до пяти. Потом ехать со мной в клинику, идти с баночкой в комнату с материалами эротического содержания…
— Оля, — перебил он ее, — я знаю это лучше тебя. Большинство мужчин хотя бы раз в жизни сдают спермограмму. Дальше! Это все?
— Это может быть не раз и не два, Костя. Потому что могут возникнуть разные ситуации, и ты должен быть готов…
— Я тебя спрашиваю, это все? — он схватил ее за плечи и чуть тряхнул.
Она моргнула и кивнула. И тогда он выдохнул. — Я согласен.
***— Детали обсудим потом, — деловым тоном сообщил Аверин, вставая с пледа, — а пока давай спать.
Оля огляделась. За камином в нишу был утоплен деревянный топчан, на котором лежали свернутые в рулон и упакованные в чехлы спальные мешки.
Костя достал один мешок, развернул, а она подошла и присела на топчан.
— Тут холоднее, — заметила, кутаясь в аверинский пиджак.
Ее вряд ли спасет спальный мешок, но не говорить же об этом Аверину!
Костя озадаченно посмотрел на топчан, на ковер перед камином, потом на Олю."
"— Думаешь? По-моему, здесь достаточно тепло от печки.
Она скептически хмыкнула и поежилась.
— Ты сам как та печка, Аверин, вот тебе и тепло.
На языке так и вертелся вопрос, где он собирается лечь. Тем временем Костя еще раз окинул придирчивым взглядом Олин прикид: вечернее платье, сверху пиджак, на ногах теплые вязаные носки. Мужские, больше похожие на валенки.
— Да, я не слишком теплолюбив, — рассеянно кивнул он. — И у меня хороший метаболизм.
— Любишь ты хвастаться, Аверин, — буркнула Оля, на что стоящий рядом мужчина только приподнял бровь.
Она подобрала ноги, и от него это не укрылось. А ее в жар бросило, когда сообразила, что сморозила. Он и правда был горячий, очень горячий, когда они вот так же сидели вдвоем у камина.
Тогда не валил за окном снег, обстановка была в разы роскошнее.
