Желание получить свою дозу страсти затуманивает мозг, собирается в один непереносимо мучительный комок, и кипятком растекается по всему телу."
"— Приятно не было! С чего ты взяла? — нарушаю повисшую тишину осипшим голосом.
— Ух тыж-ка? А что так? Совсем-совсем не понравилось? — язвит, пытается больнее уколоть. — Не лги себе! И мне не лги! Я видела, как ты...
— Ася, прекрати, — не желая больше слушать истерику, прерываю её, — дай мне всё объяснить.
— Убирайся! Уходи прочь из моей жизни! Наша встреча с самого начала была ужасной ошибкой.
Мне не стоило верить тебе. Ты влез в мою душу без спроса. Заставил меня очнуться от кошмарного сна и поддаться новому искушению. Иди к черту, Дмитрий! — чайник угрожающе скрипнул, стоило дрогнуть руке. — Я же влюбилась в тебя, как последняя дура! Поверила в твою искренность. И что теперь прикажешь? Забыть, как какое-то наваждение? Она мать твоего ребёнка! Ты любил её! Это со мной у тебя случилось помешательство на фоне спермотоксикоза! Сколько лет ты о ней грезил, после того, как потерял? Уходи! Илье нужны оба родителя! Оба!
— А мне нужна ты! — делаю рывок в попытке заключить в объятия, но реакция Аси оказывается слишком быстрой и эффективной, заставляя меня ощутить впечатляющее скользящее соприкосновение острого металла со скулой.
Боль яркой вспышкой ослепляет на мгновение.
— Блять! — шиплю сквозь стиснутые зубы, согнувшись пополам. Пытаюсь удержать равновесие.
— Дим..? — едва слышно шепчет, в страхе роняя чайник на пол.
Грохот оглушает гудящую голову.
— Да что с тобой, черррт?! Реакция на поцелуй неадекватная! Не находишь? — стираю пальцем со скулы кровь. Охреневая, перевожу вопросительный взгляд на бледную деву-воительницу. Царапина жжёт. В глазах пляшут искры.
— Только поцелуй, любимый? — разжимает побелевший кулак другой руки, обозначая всю сложность гребаной ситуации. Я не понимаю злую иронию. Что она пытается мне навязать? Измену? С хрена предъявляет чью-то рваную упаковку от презерватива? Эту марку я в жизни не покупал.
Зззараза, мать твою!
— Это чьё? — выдавливаю из груди нервный смешок, разгибая корпус.
— Ты серьёзно? — прикусывает дрожащую губу, позволяя векам смахнуть капельки слёз. — С каких пор ты стал трахать женщин в личном кабинете с резинками?
* * *— Где ты это взяла? — голос стынет от гнева. Хмурюсь, смотря на неё в упор. — Если это шутка, то я бы отнёс её к ряду «чёрного юмора».
