Моя. Под запретом

И даже так! Ну а как вы хотели? Любит, конечно!

Света замерла, любуясь Ирбисом. А ведь было на что посмотреть! Широкая спина, рельефная и мускулистая. Крепкая шея. Стриженный затылок. Со стороны казалось, что волосы у Демида жесткие и колючие. Но Света остро помнила, какие они приятные наощупь.

Спортивные брюки держались низко на бедрах, Света покраснела от мысли, что могла бы легко стянуть единственный предмет гардероба с этого удивительного парня. А еще знала, он бы совсем не возражал.

Наоборот, был бы только рад такой вольности со стороны девушки.

Свете пришлось сцепить ладони в замок, чтобы не совершить какую-нибудь глупость. И слушала дальше, не забывая подмечать каждую черточку и каждое изменение в Демиде. И чувство голода исчезло, оставив лишь потребность перенести красивую фигуру парня на холст. Или же сделать карандашный набросок. Неважно, главное, сохранить этот момент не только в памяти, но и на бумаге.

– А чего нас искать? Знаете же, где.

Просто зря не стоит мотаться. Все равно Свету не отдам, – между тем продолжал Ирбис, усмехнулся, чуть склонив голову вперед, и вдруг обернулся, словно услышал, как в комнату вошла Света, пусть та и ступала практически бесшумно.

И все мысли моментально испарились. Остались лишь пронзительные голубые глаза, смотревшие на Свету прямо и открыто. Демид двинулся вперед, плавно и осторожно, будто боялся напугать. Но Тахирова видела, что парень намеренно сдерживает себя.

Видела и знала, что характер у Ирбиса яростный и буйный, и если уж парень шел к цели, то непременно ее достигал. И сейчас целью была Света. Однако этот факт совершенно не пугал девушку. Наоборот….

Демид вынул руку из кармана брюк и, как только оказался прямо перед Тахировой, провел по щеке костяшками пальцев. А Света замерла, глядя в потемневшие ярко-синие глаза.

Голос Ирбиса звучал глухо, но каждое слово отзывалось в сердце Тахировой трепетной дрожью.

– Света? Может, конечно. Она здесь не пленница, а хозяйка, – говорил Демид и подался вперед так, что Света теперь и сама слышала каждое слово, произнесенное отцом. Да и не пытался Тамерлан Тахиров сдерживать эмоции, или шептать. – Да без проблем. Завтра утром.

– Ты охренел, щенок?! Тебе череп жмет? Так я проломлю! – кричал Тахиров в трубку, а Демид подмигнул Свете.

Светлозара чувствовала, что пора вмешаться в сугубо мужской разговор.