Тянусь за платьем. Его — к себе.
Зря, наверное. Потому что привлекаю к себе внимание.
Бывший муж оглядывается, я хочу дернуть ткань, прижать к груди. Он не дает. Придерживает. Тормозит.
Заставляет поднять глаза к лицу. Это — то еще преодоление.
Аллах, не наказывай сейчас же. Не его устами. Не его грубостью. Пожалуйста.
— Куда? — Айдар задает вполне ожидаемый вопрос. А я, как дурная кокетка, передергиваю плечами.
Снова пытаюсь получить платье. Но он не отпускает. Вздыхаю.
— Привет, — улыбаюсь, выдерживаю прямой взгляд недолго.
Хочется быстрее отвлечься на что-то. Только на что? Когда в комнате он — остальное неважно.
— Так куда? — Айдар переспрашивает мягче. Я придумываю себе, что это забота о моих чувствах.
— В душ и… — договорить не могу. Просто киваю в сторону выхода. Как обычно.
— Ты на машине?
Перевожу голову из стороны в сторону.
— Она не завелась почему-то… — Поздно думаю, что ему это не надо. Убеждаюсь, когда кривится. — Такси. Вызову.
— Сафие с няней?
— С соседкой. Она нам как родная.
Я не разрешаю себе предполагать, к чему все эти вопросы. Да и сложно думать. Виски ломит. Если честно… Хочется не в душ бежать, а лечь.
— Доверяешь ей?
Киваю.
Айдар поднимает ладонь. Мне позволено потянуть на себя платье. Это вроде бы то, чего я хотела, но единственное, что чувствую — сожаление.
Прокашливаюсь. Глаза немного щиплет.
Видимо, поговорим мы не сейчас. Позже. Сейчас я соберусь и…
Это нормально.
Это не повод расстраиваться и чувствовать себя…
Где мое белье, боже?
Мне белье нужно найти…
Айдар встает с кровати.
Я почему-то воспринимаю это, как повод поторопиться. Шарю по покрывалу. На колени поднимаюсь. Смотрю.
Аллах, да что же за напасть!
В глазах собираются слезы. Это от алкоголя. Мысленно убалтываю себя: Айка, только не сейчас…
Вижу черное кружево.
Тянусь к нему, а схватить не успеваю. Слышу щелчок. Перед глазами разливается темнота. Сначала — кромешная. Несколько смаргиваний — различаю окно. Полутона и тени. Айдара.
Он возвращается от выключателя к кровати.
Берет с тумбочки пульт. Жмет — шторы начинают с гулом закрываться. Мое сердце — вскачь.
— Включи, пожалуйста, торшер…
Выталкиваю из себя стыдную просьбу, бессмысленно кивая куда-то в темноту.
Ответ не слышу долго. Не понимаю, что происходит. А может просто запрещаю себе понимать.
Айдар ступает на кровать коленом. Приближается ко мне, перехватывает за талию, разворачивает…
Проезжается по голой спине и небольно бьет по ягодице.
