Я все делаю. Слушаюсь. Забиваю желудок и минута за минутой все сильнее привыкаю.
— Ты обещал меня утром отвезти. — Напоминаю, набравшись храбрости. Айдар отвлекается от тарелки на меня. Ждет продолжения. — Это необязательно. Я так поняла, у тебя очень много работы… — Еще поняла, что ты ко мне как дурной мчался. Не говоришь — ну и пусть. Не только же словами люди говорят.
— Моя работа — не твоя проблема. — Кусаю щеку изнутри. Он сначала дает по носу, потом только смаргивает и сглаживает. — Я тоже хочу с дочкой увидеться.
Киваю. Больше не спорю и не запрещаю. Даже не уверена, что до сих пор ревную. Кажется, со всем смирилась. Сафие полюбит его безоговорочно и безусловно. У нас с ней никогда не было выбора. С ним иначе не получится.
— А с машиной твоей что?"
"Не завтрак, а полный стресс. Молчу, взвешивая каждое еще не сказанное слово. Он же спать сильно хотел. Неужели запомнил?
Мне становится страшно, когда думаю, что он всё-всё-всё замечает. Не только выпирающие ребра. Выпирающие чувства увидеть еще проще.
— Не знаю. Вчера утром заводилась еще. Вечером — уже всё.
Кивает.
— Давно взяла? — Продолжает спрашивать. Тон — спокойный. Взгляд сытый во всех смыслах. Поза — расслабленная. Плечи и грудную клетку Айдара обтягивает очередное дорогущее поло. Сам он неспешно пьет кофе. Убаюкивает мою бдительность.
Его телефон снова вибрирует, он, не глядя, сбивает звонок и откладывает.
Ведет себя совсем не так, как я обычно. Ему без разницы, кто звонит и по какому поводу. Даже если там сам Миллер.
Хотя разве он для Айдара какой-то там «сам»?
— Нет. После… Италии.
Снова кивает.
— Тех. состояние проверяла?
Плохой вопрос. И отвечать не хочу, и врать.
Вздыхаю.
— Друг проверял.
Выражение лица бывшего мужа не меняется, но взгляд все же холодеет. Даже не знаю, почему до сих пор не призналась, что ни с кем, кроме него… Ни в реальности, ни в голове.
— Хуевый друг.
Передергиваю плечами и смотрю в сторону.
— Дашь ключи. Я посмотрю.
Он даже не пытается сделать вид, что спрашивает.
Дам, конечно.
Наш диалог — это бесконечные паузы, недоумение и незаданные вопросы. Сейчас, к примеру, я молчу «зачем это тебе?».
И Айдар молчит «потому что я готов заботиться».
Я думала об этом полночи. Сумбурно и по-пьяному. Но, мне кажется, самое сложное позади. Он во сне обнимает меня. Не боится повернуться спиной.
Ему сложно самому себе позволить дать нам еще один шанс. Но действиями он его дает.
Не ждет от меня реакции. Большим глотком допивает свой кофе.
