Вместе с желанием сплавить побыстрее Салмановские деньги, меня раз за разом накрывает стыд. В тот день на прогулке с Айдаром я впервые так сильно и так адресно злилась на нее — свою доченьку.
Она начала вроде бы невзначай сводить нас с Айдаром. Наивно. По-детски. Без злого умысла, конечно, но доставляя мне адскую боль.
Когда гуляли в парке — схватила меня за руку и потянула к своему отцу. Вложить попыталась. Айдар был удивлен, но подыграл бы, уверена. Он отлично играет, я вот снова отчаянно сильно влюбилась в то, что сама посчитала намеками.
"
"А от ладони отпрянула. Меня как током шибануло. Растерялась. Покраснела. Рявкнула на нее. Даже внятно объяснить дочери, почему нельзя так делать, не смогла.
Умом все это время понимала, что дело не в ней, чего хочет Сафи — очевидно. Чтобы Айдар был нашим и никакие Магды не тянули к нему руки. Но дело в том, что так могло быть только до предательства.
После — в Салмановы меня опять не позовут.
Сегодня мы с Сафие тоже идем в парк. На сей раз — обкатывать ее машинку.
Я прекрасно знаю, что она очень хочет похвастаться своим шикарным транспортным средством перед Айдаром, но к новой встрече не готова. Он спросил, какие планы. Я отморозилась.
Не стыдно. Не жалею. Пусть развлекается со своей Магдой. Три дня подряд для нас как-то слишком жирно.
Мы с Аллой и Данечкой движемся по дворам. Малыши перед нами в машине. Мы с соседкой — под руку, немного отставая.
Раньше разговаривали бы обо всем на свете. Сейчас, мне кажется, старшая подруга чувствует мое состояние.
Бережет, не колупая. А я боюсь, что если начну говорить — прорвет слезами. При детях нельзя. Испугаются.
Чем ближе парк, а значит и люди, тем сильнее я мандражирую. Мне и с лавок у подъездов мерещились косые взгляды, но там еще ладно, а здесь…
Сложно контролировать себя и не настраивать слух на поиск ключевых слов. «Салманов». «Шлюха». «Позор». Смех. Даже если всем пять лет было всё равно, кто я и как живу, это не значит, что мой «скандал» никого не заинтересует.
— Анне, а можно мы быстрее поедем? — Сафик поворачивает ко мне голову и спрашивает громко.
Вроде бы девочка, должна быть ведомой, но руль Даньке не доверила. Сидит на месте водителя. Газует нервно и притормаживает.
Смотрит на меня внимательно и с надеждой.
Я улыбаюсь и произношу:
— Да, — чтобы она тут же рванула слишком резко. Данька завизжал. Аллочка цокнула языком и прошептала:
— Вот егоза…
Да. Егоза. Но ей с таким характером будет проще, чем мне с моим. Слишком покорным.
