Дочка тут же тянется, Айка грозит ей пальцем, я не могу сдержать улыбку, слыша:
— Кызым, так не едят! Язык обожжешь!
Сафие вздыхает, но слушается.
А взгляд Айлин взлетает над нашими головами. Она обращается ко мне, но в глаза при этом смотреть ей все еще некомфортно. Тоже понимаю.
И меня постоянно уносит. И не знаю, сколько нас еще будет уносить.
— А Ирина…
Она в этот же момент заглядывает на кухню.
— Вы присядете? — моя жена ужасно и при этом прекрасно смущается. Слегка розовеет и дергается в сторону няни. — Это вкусно, вы не думайте…
— Я и не сомневаюсь, Айлин.
Но, если Айдар Муратович не против, я отойду… Мне дочка написала. Говорит, внука некому из сада забрать…
Мы втроем знаем, что дочка Ирине не звонила. Она просто дает нам возможность побыть семьей.
Я оглядываюсь и киваю.
— Конечно, спасибо вам, Ирина.
— Не за что…
Айлин снова упархивает. По очереди открывает ящички в поисках тарелок. У меня не спрашивает, а я все так же любуюсь. Как привстает на носочки. Снимает три верхних. Расставляет перед нами.
Приборы тоже.
Вздрагивает, когда Ирина закрывает дверь с хлопком.
Волнуется сильнее, но борется с собой.
— Уже можно? — Быстро кивает в ответ на мой вопрос, а потом внимательно-внимательно следит, как я перекладываю один из янтык на тарелку.
Айлин садится напротив нас с Сафие. Свою тарелку наполнять не спешит. А у меня во рту собирается слюна. Но первую пробу снимаю не я.
— Ты знаешь, что янтыки нужно руками есть, кызым?
Спрашиваю, и улыбаюсь в ответ на увеличившиеся глаза зеленоглазой копии моей жены.
Я почему-то был уверен, что до этой науки Сафие с Айлин еще не дошли.
Она воспитывала нашу дочку девушкой с идеальными манерами, а мне хочется позволить ей побольше шалостей.
— Неа…
Айка покашливает и ерзает на стуле. Я бросаю на нее быстрый взгляд. Подмигиваю. Она свой отводит и закусывает уголочки губ. Черт… Я тебя обожаю, знаешь? И дочку нашу тоже…
— Сейчас покажу.
Складываю. Дую. Пальцы блестят из-за топленого сливочного масла, которым Айлин смазала подпеченное тесто.
По классике сложенного вдвое достаточно, но для Сафие я сгибаю янтык еще раз. Протягиваю. Сафие с восторгом забирает. Пачкается вся тут же. Тянет ко рту и кусает.
Жует с удовольствием. Мотает головой и закатывает глаза.
— Очень вкусно, баба. Очень-очень вкусно. Ешь ты.
Возвращает мне свой кусаник, а сама тянется к блюду за новым.
Айлин цокает языком и глазами показывает дочке, что таким поведением недовольно, но Сафие отмахивается.
— Я попробовала, мамочка.
