Молчание матерей

Она словно перенеслась в другую реальность, где бессильно наблюдала за кровавым убийством. Вся ее досада на Гильермо, который ставил работу выше семьи, испарилась. Даже то обстоятельство, что другая женщина ждала ребенка от ее мужа, не смягчило боль, вызванную его трагической гибелью.

Элена попыталась вывести ее из оцепенения:

– А вы не подозревали, что у Гильермо могли быть другие отношения? Он упоминал какую-нибудь женщину?

Сесилия помотала головой, не в состоянии выдавить из себя ни слова. Кем был Гильермо? Кем был парень, в которого она влюбилась после веселой ночи в барах Сарагосы и с которым была так счастлива в Новом Орлеане? Сейчас воспоминание о той поездке причиняло ей боль.

В кого превратила Гильермо работа? За что его убили, да еще таким зверским способом?

Вечером они возвращались в Мадрид. Элена сидела за рулем, Сарате рядом. Он отправил Рентеро полученные данные с просьбой выяснить, что за задание выполнял Гильермо Эскартин. Комиссар точно сделает все возможное, ведь убитый был их коллегой.

Сарате попросил высадить его на Баркильо: он хотел зайти в офис, узнать, что удалось выяснить Марьяхо и Буэндиа. Его не покидала уверенность в том, что миссия Гильермо Эскартина в Мадриде как-то связана с Бирамом, этим сенегальцем, которого Элена столь любезно пообещала оставить в покое. Элена полагала, что Сарате прав, но рассудила, что лучше не блуждать вслепую, а дождаться новостей от Рентеро. Сарате решил с ней не спорить.

На прощание он холодно поцеловал ее.

Оставив машину на парковке, Элена вошла в бар «Рефра». Посетители хохотали над шуткой Хуанито. Тот рассказывал о своем сыне, который заявил, что, если Испания будет играть против Румынии, он будет болеть за Испанию.

– Это как удар ножом в сердце! Хоть он и родился в Мадриде!

Клиенты смеялись над его преувеличенным отчаянием. Элена подождала, пока официант завершит свой рассказ. Готовить ей не хотелось, и она решила поужинать в баре. Среди бутылок на полках она с удивлением заметила свою граппу.

– Я тоже больше не беру; ты же знаешь, я бросила пить. Но с карахильо не спеши: граппа не портится. Лучше прибереги ее на черный день, когда-нибудь пригодится. Может, даже тебе самому, когда сын попросит майку с испанским флагом.

Элена попыталась изобразить улыбку, но вышла гримаса. Ей не удалось скрыть поселившуюся в сердце печаль.

Ордуньо и Рейес встретились у входа в отель «Веллингтон» на улице Веласкеса.