Молчание матерей

– Думаешь, сейчас время шутить?

– Во второй раз он пришел с пушкой и ограбил кассу. Явился без маски, и мы его узнали. Он унес все деньги.

– И ты ничего не сделал? Я не верю, Бирам. Этот район твой, и никто не осмелился бы тебя ограбить.

Бирам довольно кивнул. Пошарил в ящике стола, достал упаковку сигар и предложил Сарате, но тот отказался. Бирам раскурил сигару и, когда его лицо окутало облако дыма, продолжил рассказ:

– В одном ты ошибся. Этот район не мой, тут всем заправляет Отдел. За неделю до того, как сюда заявился наш торчок, я отказался платить им за крышу.

– Это полицейские, и круче их тут никого нет. – Бирам не скрывал сарказма. – Ты даже представить себе не можешь, что тут творится.

– Это бригада из комиссариата Вильяверде. Они называют себя Отделом и берут деньги с каждого бизнеса. Назначают любую сумму, сколько захотят, а если отказываешься, вначале посылают тебе предупреждение – вот как со мной, когда меня ограбил торчок.

– Ты пытаешься меня убедить, что полиция ведет себя как мафия? – В голосе Сарате звучало жгучее презрение.

– А чего тут убеждать, ты сам посмотри. Прогуляйся по району, поспрашивай народ, если, конечно, кто-то решится с тобой заговорить. Может, такой смельчак и найдется, но по большому счету все делают, как я: молча отстегивают им, сколько просят.

– Какое отношение имел Гильермо к Отделу?

– Он приходил сюда еще раз полгода назад, как ни в чем не бывало уселся в кресло и попросил его подстричь. Я хотел вышвырнуть его, но он сказал, что на следующий день в Сан-Хенаро планируется облава: будут искать наркотики. И он не солгал. Они все заведения перевернули вверх дном. Кроме нас, потому что мы в тот день не открывались. Я, естественно, заплатил. Ясно, что Гильермо прислал Отдел.

Сарате перебирал в уме фрагменты головоломки. Если Эскартин работал под прикрытием, что связывало его с полицейскими-рэкетирами? И что ему понадобилось от Бирама?

– Ты сказал, он предложил тебе сделку.

– Очень крупная. Слишком крупная для торчка, как я уже говорил. Они явно хотели поймать меня на чем-то серьезном. Не для того, чтобы посадить, это не их стиль, а чтобы выкачать из меня все деньги. Когда мы увидели его дом в Сарагосе, то поняли: он тоже из Отдела. Полицейский, который прикидывается торчком.