Монета Александра Македонского

Здесь были гранитные быки в натуральную величину и львы из розоватого песчаника, сказочные животные с птичьими головами и львиными лапами и крылатые драконы с грозно оскаленными пастями. Были здесь и статуи людей – точнее, думаю, богов в человеческом облике. В самом центре зала, прямо против входа, находилась особенно впечатляющая статуя: огромный мужчина с окладистой бородой смотрел на нас пристально, как будто видел все наши грехи и недостатки.

Тут же стояли ящики, в которых грудами лежали глиняные таблички с непонятными надписями из горизонтальных и вертикальных черточек.

– Ну, вот мы, можно сказать, и дома! – проговорил коротышка, потирая руки. – Конечно, это не настоящий наш дом, великий Вавилон, Врата богов, лежит в руинах…

Он пристально посмотрел на меня и продолжил:

– Вавилон лежит в руинах, но от нас зависит его будущее. Точнее, от тебя. Отдай нам монету – и мы сможем вернуть былое могущество Великому Отцу, небесному покровителю Вавилона – Бэл-Мардуку…

– Но я не знаю ни о какой монете! – запротестовала я.

– Зря ты так! – разочарованно проговорил коротышка. – Ведь ты – одна из нас, в твоих жилах течет кровь вавилонских жрецов, кровь служителей Эсагилы. Верни монету – и Великий Отец щедро отблагодарит тебя, ты займешь почетное место рядом с его троном, почетное место, принадлежащее тебе по праву рождения!

– Дяденька, – перебила я его, – вы тут все, как я посмотрю, с ума посходили.

В ответ на мои слова слепой разразился длинной тирадой на своем загадочном языке. Коротышка что-то ему ответил, и между ними завязалась короткая бурная дискуссия. Наконец они, судя по всему, пришли к согласию. Коротышка повернулся ко мне, потер руки и проговорил безразличным тоном:

– Не хочешь говорить – и не надо. Так или иначе мы узнаем все, что нам нужно.

С этими словами он показал мне на старинное бронзовое кресло с массивными львиными лапами и резными подлокотниками, украшенными птичьими головами.

– Я не устала! – проговорила я раздраженно. – Лучше отпустите меня, все равно вам от меня никакой пользы…

– Присядь, отдохни! – повторил коротышка настойчиво и пристально взглянул на меня своими темными глазами.

И меня словно какая-то сила подвела к этому чертову креслу и усадила в него.