Море Осколков

Она поднялась — высокая, стройная, быстрая, как паук, прям как Скифр, только выше, и шире в плечах, и сильнее. И она раскинула руки и пошевелила пальцами, сжала зубы, прищурилась и оглядела долину.

Королева Лайтлин положила ей руку на плечо.

— Да пребудет с тобой Матерь Война, мой Избранный Щит.

— Она всегда со мной, моя королева, — отозвалась Колючка.

И отец Ярви перелил свое варево в чашку и протянул ее здоровой рукой:

Колючка принюхалась и отшатнулась:

— Все полезные отвары пахнут плохо. Это обострит твои чувства, приглушит боль.

— А это не жульничество?

— Мать Исриун воспользуется любыми средствами, будь уверена.

И Ярви снова протянул ей исходящую паром чашку:

— Поединщик королевы должен победить. Остальное — пыль под ногами.

Колючка зажала нос и выпила чашку до дна. Потом сморщилась и сплюнула.

Ральф шагнул вперед, держа щит на манер подноса. На нем лежали два только что наточенных кинжала.

— Точно кольчугу не наденешь?

Колючка покачала головой.

— Скорость — вот мой доспех и главное оружие.

И она взяла клинки и вложила их в ножны на груди и на боку.

— Еще один — пусть он принесет тебе удачу.

И Бранд протянул кинжал, который сковала Рин, тот, что он брал с собой на корабль. Тот, что спас ему жизнь в степи.

— Я его сберегу, не волнуйся, — и Колючка засунула его за пояс сзади.

— Пусть он тебя убережет, — пробормотал Бранд.

— Сколько у тебя клинков, — усмехнулся отец Ярви.

— Меня однажды застали врасплох безоружной, и мне не понравилось, — сказала Колючка. — Лучше умереть до зубов вооруженной.

— Ты не умрешь. — Бранд хотел, чтобы в голосе чувствовалась уверенность. Хотя сердце его разрывалось. — Ты убьешь этого ублюдка.

— Да. — И она наклонилась поближе: — Я щас обосрусь от страха.

— А по тебе не скажешь.

— Страх делает тебя осторожной, — пробормотала она, сводя и разводя руки. — Страх помогает выжить.

— Эх, была бы здесь Скифр…

— Тебе больше нечему у нее учиться.

— Немного эльфьей магии нам бы не помешало. Так, на всякий случай.

— Ага, чтоб тебе славы не досталось? Нет уж.

И Бранд показал ей меч, сначала одну сторону, потом другую. Края клинка морозно взблескивали — еще бы, он с первым светом стал их надраивать.

— Не буду, — сказала она и пристегнула меч сбоку.

И протянула руку за топором.

— А ты почему сомневался? Тогда, на берегу?

Бранд задумался.