Море Осколков

И вот она ступила на пятачок примятой скошенной травы. На таких обычно тренировались: восемь шагов в длину и в ширину, по углам воткнуты копья.

Пятачок, на котором умрет либо она, либо Гром-гиль-Горм.

— Не слишком ценный подарок.

Крушитель Мечей пожал плечами, и железные кольца кольчуги с золотым узором тихо зазвенели.

— Когда Последняя дверь близко, время тянется слишком медленно.

— Возможно, Последняя дверь ближе к тебе, чем ко мне.

И он прихватил пальцами одно из болтавшихся на цепи наверший:

— Ты ведь Колючка Бату?

— О которой песни поют.

— Та, что спасла Императрицу Юга?

— И кто получила от нее в награду бесценную реликвию.

Горм поглядел на эльфийский браслет, полыхавший красным у Колючки на запястье, и удивленно поднял брови:

— А я думал, песни врут.

— Что бы ты ни сделал, скальдам все мало, правда?

Горм взял у улыбающегося мальчика щит — здоровенный, крашенный черной краской. Край весь в зазубринах — прощальных подарках от людей, которых он убил на вот таких площадках.

— Я тебя уже где-то видел.

— В Скегенхаусе. Ты стоял на коленях перед Верховным королем.

Он дернул щекой — все-таки она его задела этими словами.

— Все мы становимся на колени перед кем-нибудь. Я бы тебя узнал, но ты сильно изменилась.

— Ты дочь Сторма Хедланда.

— Это был славный поединок.

Хмурый мальчик протянул Горму меч, тот сжал пальцы на рукояти и вытащил его из ножен. Чудовищных размеров у него клинок, Колючка бы с ним только двумя руками смогла управиться. А ему он был словно ивовая веточка.

— Ну что ж, будем надеяться, и о нашем споют что-нибудь веселое.

— Не рассчитывай на тот же исход, — сказала Колючка, наблюдая за отблесками Матери Солнца на его мече.

Он силен, замах у него серьезный, и доспех отличный, но все эти железяки много весят, так что у нее преимущество в скорости. Она выдержит дольше. А вот кто из них в бою хитрее, покажет время.

— Я выходил на поединок раз двадцать, и отправил в могилу множество храбрецов, и понял одно. Никогда не рассчитывай на тот же исход.

Горм осматривал ее одежду, оружие — прикидывал и оценивал, точно так же, как и она. Интересно, какие преимущества он увидел? И какие уязвимые места?

— Впрочем, я ни разу еще не бился с женщиной.

— Это будет первый и последний раз. Это твой последний бой.

И она гордо вздернула подбородок.

— Дыхание Матери Войны не защитит тебя от меня.

Она надеялась, что он разозлится, а если разозлится, значит, будет действовать безрассудно.