Море Осколков

На следующей неделе они сочетаются браком в Зале Богов.

Бранд растерянно поморгал:

— Ральф стареет. Он этого, конечно, никогда не признает, но ему действительно настало время уйти на покой.

И Ярви покосился на Бранда:

— Я подумал, что ты вполне можешь занять его место.

Бранд снова заморгал:

— Я как-то сказал тебе, что мне может понадобиться человек, который хочет творить добро. Так вот он мне понадобился.

Опять у него не получилось сказать ничего вразумительного.

— Если хочешь, присоединяйся к Сафрит и к Коллу.

Станешь частью нашей маленькой семьи.

Отец Ярви взвешивал каждое слово, и ни одно из них не было случайным. Он знал, что делал.

— Ты будешь рядом со мной. С королевой. И ее Избранным Щитом. Кормчий ладьи служителя.

И Бранд припомнил, как стоял у руля, а команда колотила по веслам, и солнце сверкало на волнах Запретной.

— Будешь стоять у правой руки человека, который стоит у правой руки короля.

Бранд молчал, барабаня пальцами. Да уж, такие предложения на дороге не валяются. И кто он такой, чтобы ими разбрасываться? И все-таки что-то его удерживало.

— Вы, отец Ярви, хитрый и коварный человек, а я — я не семи пядей во лбу.

— Если б хотел, был бы умнее. Но мне нужны твоя сильная рука и доброе сердце.

— Могу я задать вам вопрос?

— Можешь. Но смотри, я же отвечу.

— Как долго вы планировали поединок Колючки с Гром-гиль-Гормом?

Ярви прищурил свои бледные глаза:

— Служитель имеет дело с подобиями, возможностями и шансами. Но мысль пришла мне довольно давно.

— Когда я подошел к вам в Зале Богов?

— Я же говорил тебе, что благо — оно очень разное для всех людей.

Я рассмотрел возможность того, что женщина, владеющая мечом, в будущем сможет вызвать на бой Горма. Он великий, прославленный воин, и он обязательно примет вызов женщины. Но в душе его поселится страх. Он будет бояться женщины больше, чем любого мужчины.

— Вы верите в пророчество?

— Я верю в то, что он в него верит.

— Вот почему вы отдали ее в обучение к Скифр.

— Это одна причина. Вторая — Императрица Теофора обожала диковинки, но поединки ей нравились тоже.

И я подумал, что девушка-воительница с далекого севера способна пробудить ее любопытство, и так мы добьемся приема во дворце, а я сумею преподнести ей дар. Однако Смерть открыла перед Теофорой Последнюю дверь до того, как я смог осуществить свой план.

— Хороший служитель всегда стремится заглянуть в будущее, но грядущее подобно земле, заволоченной туманом. События не всегда устремляются в прорытое для них русло.