— Карта у вас есть?
Не прошло и десяти минут, как передо мной была развернута карта с обозначением квадрата, откуда польские военные решили ударить по беженцам из собственной страны.
Понятно, что это была провокация. И сделана она явно не руками панов. Уж слишком выгодно сейчас получить такой предлог для вступления в конфликт. Ведь что произошло? Польские снаряды упали на территорию Российской Империи, и только чудо не позволило тысячам погибнуть.
— Господин майор, доклады из других ПВР! — ворвавшись в здание оперативного штаба, заговорил лейтенант со знаками войск связи на униформе.
— Их тоже обстреляли. Много раненых и убитых. Что делать будем, майор?
Я слышал скрип зубов военного, но что он в действительности мог сделать?
— Ваше благородие, закопайте их всех, — повернувшись ко мне, попросил майор, прежде чем махнуть связисту и направиться на выход из штаба.
А я еще раз бросил взгляд на карту приграничных территорий и вздохнул.
Съездил гуманитарную помощь передать.
* * *Кремль, рабочий кабинет государя.
— Ваше императорское величество, — обратился к Виктору Константиновичу подчиненный. — По предварительным подсчетам у нас больше шести тысяч убитых и свыше двенадцати тысяч раненых в пунктах временного размещения беженцев вдоль всей границы.
Император чуть прикрыл глаза, слушая докладчика.
— Установлено, что стрельба велась польской артиллерией по приказу полковника артиллерии Вышноватого, — продолжил подчиненный, не сводя взгляда с государя.
— Только сегодня утром разведка доложила, что он переметнулся на сторону немцев. Провокация была разработана в Берлине, им нужно, чтобы мы открыли еще один фронт против шляхты.
Виктор Константинович кивнул, когда голос слуги угас.
— Откуда известно про Германию? — уточнил он. — Может быть, это инициатива самого Вышноватого?
— Ваше императорское величество, что наша разведка перехватила радиопереговоры, — покачал головой подчиненный. — Приказ отдан из штаба командования немецкой группировки Восток.
Император закрыл глаза и несколько секунд обдумывал свой следующий шаг. С такими жертвами уже нельзя отмахнуться и заявить о прощении. Убиты тысячи, и среди них есть подданные Российской Империи.
Неожиданно дверь распахнулась, и внутрь вбежал еще один слуга.
— Государь! Только что доложили пограничники! — он с трудом отдышался и продолжил: — Дворяне Моров и Солнцев были в одном из обстрелянных поляками ПВР.
