В сопровождении старых французских эсминцев «Ле-Марс», «Ле-Палм», «Ле-Борделейз» и в окружении своры французских же миноносцев (тип «Ла-Байонезе», девятьсот тонн, две пушки-«сотки» и зенитные автоматы – страшный противник для малых торпедных кораблей, способных угрожать линкору), немецких «раумботов» и быстроходных барж. Расположение импровизированой береговой обороны (нескольких американских сухопутных тяжелых батарей) было хорошо известно по данным воздушной разведки; одного авиаудара и десятка залпов с линкора хватило, чтобы всё смешать там с землей.
И в Лиссабоне не было достаточного числа американских войск, всё было брошено на восток против танковых дивизий Роммеля, уже захвативших плацдарм на этом берегу реки Тежу, и юго-восток против высаженного вчера немецкого десанта. Кто же знал, что эти бешеные гунны сумеют повторить на бис! А впрочем, просто не было сил надежно прикрыть все направления.
Только это были не немцы (ну, кроме небольшого числа собственно штурмовых отрядов).
Когда к уже захваченным причалам стали швартоваться баржи и транспорты, с них пошли в бой два французских полка и батальон танков Сомуа-35. Поскольку место, им отведенное в плане «берсерка» Тиле было незавидным – а своих солдат было просто жаль. И зачем, если лягушатники должны были справиться не хуже?"
"Несколько эскортных кораблей, катеров и тральщиков янки ничего не могли сделать, были потоплены огнем линкора и миноносцев. Но бой на берегу оказался упорным, американцы бросили в бой солдат тыловых подразделений – всех, кто оказался под рукой.
Надежда на скорую помощь давала им боевую ярость – они знали, что помощь идет, и уже близко, но если Роммель ворвется в Лиссабон раньше, чем конвой успеют разгрузить, останется лишь сдаться или погибнуть. А выгрузить полсотни океанских транспортов иначе, чем в специально оборудованной гавани, было невозможно.
Порту. Штаб 7-го армейского корпуса армии США.
27 ноября 1943 года
– Майор Смит, вы обвиняетесь в злостном неисполнении приказа и нанесении побоев полковнику Вульфу.
Что вы можете сказать в свое оправдание?
– Ваша честь, если бы была такая возможность, я его бы еще и пристрелил. Из-за его бездумного бездарного приказа был потерян практически полностью мой дивизион, погибли мои парни и мы потеряли плацдарм в Лиссабоне. А этот еще смеет утверждать, что это была война и на войне умирают. Я даже не жалею о содеянном.
