Москвичи и черкесы

Под именем пьяного и хвастливого Янкель-паши изображен военный инженер Компанейский, о плутовских подвигах которого много говорится в воспоминаниях Филипсона. Любопытен как тип адъютант, названный в повести Грушницким. Автор дал ему это имя, очевидно, с намерением показать, что с него Лермонтов списал соперника Печорина. Нам случалось читать и слышать, будто лермонтовский Грушницкий списан с Н. П. Колюбакина, известного впоследствии кавказского деятеля. Можно положительно сказать, что Грушницкий «Героя нашего времени» и, особенно, «Проделок на Кавказе» не дает основания к такому сближению.

В молодые годы Н. П. Колюбакина можно было упрекнуть за резкость и заносчивость, которые обошлись ему очень дорого. До старости сохранил он необыкновенную вспыльчивость, давшую повод к известному его прозвищу «немирной». Но он был всегда и неизменно благороднейшим человеком.

В описании общества на Кавказских минеральных водах автор повести менее щедр на портреты. Он только вскользь говорит о вельможе (т.

 е. генерале Головине), приехавшем в Кисловодск отдохнуть от трудов своего огромного управления, но зато не жалеет красок для изображения его приближенных и особенно генерала Мешикзебу, в котором нельзя не узнать П. Е. Коцебу, тогдашнего начальника штаба Отдельного Кавказского корпуса.

Неудовлетворительное положение дел на Кавказе в управление Головина обратило на себя внимание императора Николая Павловича. В 1842 г. военный министр князь Чернышев по высочайшему повелению отправился на Кавказ для соображения на месте способов к скорейшему умиротворению непокорных горцев.

В три месяца пролетел он 4000 верст и возвратился в Петербург с убеждением в глубоком знании и понимании всех обстоятельств посещенного им обширного края. Ермолов, говоря об этой поездке, называл Чернышева благотворным светилом, которое обтекало Грузию с обещаниями благоденствия ее народам. Последствием ее была смена Головина, Граббе и Засса. Первый ушел с почетом и наградами и вскоре получил генерал-губернаторство в Риге, последние двое остались не у дел.

Чернышев предложил новую систему военных действий на Кавказе – оборонительную. Всем частным начальникам было наистрожайше предписано не предпринимать никаких экспедиций или поисков для наказания горцев, но, оставаясь в полной готовности отразить всякие их против нас враждебные покушения, устремить всю деятельность на внутреннее устройство войск и улучшение обороны существующих линий.