Мост через огненную реку

Он был зол на всех: на Эстер, на себя, на гвардейца, который проторчал все лето при дворе и был безукоризненно ухожен: чуть-чуть тронутая загаром кожа, тонкие пальцы унизаны перстнями – а на руках Энтони даже бриллианты сейчас не смотрятся. Чего ему надо? Отстанет он когда-нибудь или нет?

– Здесь становится скучно, – продолжал между тем полковник. – Мы с друзьями собираемся уходить. Продолжим вечер у меня дома. Не желаете присоединиться, милорд?

На целое долгое мгновение Энтони онемел. «Снимите серьги, – вдруг вспомнил он.

 – Ваш эпатаж дурно пахнет». Вспомнил и густо, жарко покраснел.

– Не смущайтесь, – продолжал Альтьери. Гвардеец явно понял его по-своему. – Право, я уже забыл все ваши насмешки…

– Вы в своем уме? – выдохнул Энтони.

– Вполне. Мы все понимаем язык символов. Ваши серьги после того, как все лето вы были неразлучны с неким цыганом, до того, что даже спали с ним в одной постели…

В другое время Бейсингем лишь посмеялся бы над столь нелепым предположением.

Но теперь все мелкие неприятности этого вечера вдруг соединились воедино, и вместо ответа он коротко ударил Гаэтано Альтьери по лицу – так, что гвардеец отлетел и шлепнулся на мраморный пол.

– …Вы желаете дуэль по правилам, милорд? Или, может быть, приватный поединок?

Энтони задумался на мгновение. Если проводить дуэль по правилам, надо выбирать секундантов, и тогда о ссоре станет известно. Воду в решете не удержишь, о причине если не узнают, так догадаются, и завтра над ним станет потешаться вся столица.

Нет уж, огласка ему совершенно не нужна. В комнате они одни, все остальные в бальной зале, где в самом разгаре торжественный выход. Полковник болтать не станет, не в его интересах признаваться, что схлопотал плюху от генерала Бейсингема за непристойное предложение, не зря он приватный поединок предложил…

– Нет! – ответил Энтони. – Один на один.

Всю жизнь Бейсингем старался выполнять законы – лояльность во всем была семейной традицией – и, будь он трезв, ни за что не вступил бы так внезапно и глупо на преступный путь.

Уже много веков трогарские короли боролись с дуэлями, и боролись безуспешно. Наконец, знать и власти пришли к компромиссу. Поединки были узаконены, проводились они со свидетелями и до первой крови. Продолжение дуэли после первого ранения одного из соперников, а также приватные поединки один на один были запрещены и карались, самое меньшее, тюрьмой.