Мост через огненную реку

Ну, подошел, заглянул тихонечко… Смотрю – Бетти стоит, вся белая, а Санка ее ругает. И какими словами поливает, ты бы слышал… А ты говоришь – главная!

«Кто она и кто я…» – вспомнил Энтони. Да, снова все упирается в Александру Монтазьен, неприступную зеленоглазую умницу, которая видит все на двадцать шагов вперед, тогда как он, Бейсингем, от силы на два…

…Поздно вечером, когда он кое-как добрел домой, появилась Элизабет. Энтони не надо было лицедействовать: он совершенно добросовестно попытался подняться с кровати, рухнул обратно и лишь пьяно помахал рукой своей венценосной покровительнице.

Вернулась королева утром, когда Бейсингем мучительно размышлял, выдержит ли еще один день в обществе Себастьяна, или надо прекращать. После столь глубокого погружения в пучину древнейшего порока он еще дня три будет в таком виде, что никто ничему не удивится, а там и время пройдет…

Элизабет подошла к постели, и Энтони замер, как мышь, в норку которой тянется кошачья лапа.

– Тони, – с тихой яростью сказала она, – мне хватает пьяниц во дворце и без тебя.

– Ну зачем ты так… – Слова не шли с языка, и даже сам он не мог разобрать, от страха или с похмелья. – Гулял по саду заглянул в окно, гляжу – Себастьян. Зашел к нему, а ты же его знаешь…

– Знаю, и очень хорошо! – холодно проговорила королева. – Поэтому я сегодня же удалю Себастьяна, чтобы ты мог гулять по саду без роковых последствий.

Еще не легче. Быть причиной неприятностей для несчастного пьяницы Бейсингем не хотел.

– Не надо, Ваше Величество, – умоляюще проговорил он, приподнимаясь. – Я вам солгал. Он не виноват. Это мне захотелось выпить. Надоело вино…

– Сегодня ты и вина не получишь, – Элизабет вызвала лакея и приказала: – Уберите все вино из покоев лорда Бейсингема.

– Пощадите, Ваше Величество, – взмолился Энтони совершенно искренне. – Оставьте хотя бы бутылку! Я же не доживу до завтрашнего утра.

– Доживешь! – презрительно бросила королева. – И запомнишь. Ты, кажется, любишь глядеться в зеркало? Иди, посмотри на себя, маршал Трогармарка, самый красивый мужчина столицы…

– Да ладно… Я знаю, что ничего хорошего…

– Нет, посмотри! – Элизабет за руку подтащила его к зеркалу.

«Да, пожалуй, я несколько переусердствовал… – размышлял Энтони, глядя на свою бледную, опухшую физиономию, увенчанную прической в стиле вороньего гнезда.