Мост через огненную реку

Если лорд Бейсингем еще минуту будет говорить о драгоценностях, день пропал – ни о чем другом нам сегодня побеседовать уже не придется…

Хорошее настроение как отрезало. Энтони обиженно замолчал, подошел к окну и принялся созерцать ограду и мокрые голые тополя. Ровно через полминуты на его плечо легла рука Эстер.

– Правильнее было бы продолжать смеяться, – сказала герцогиня. – Я оценила ваш жемчуг, едва вы вошли в комнату. Использовать вместо нити для волос золотые цепочки – на это мог пойти, пожалуй, только один человек – лорд Бейсингем.

Убор настолько хорош, что почти полностью отвлекает внимание от камзола. Столь бурная веселость вам не свойственна, а обидчивость не входит в число ваших пороков, Энтони. Это что-то новое…

Бейсингем оторвал, наконец, взгляд от тополей и поцеловал руку герцогини.

– Это не магия. Я просто устал, – пожаловался он.

– Вижу. Теперь вам лучше?

– Как после хорошей скачки, – с облегчением вздохнул Бейсингем. – Вы великий знаток человеческой природы, герцогиня…

Они снова заняли свои места за столом.

– Вы готовы вернуться к нашим козликам? – спросил Алан.

– Я буду готов, если вы объясните мне, чем помешал Священному Трибуналу несчастный философ.

– Вы имеете в виду Алессандро Лори? Примерно тем же, чем вам мешает безумец, который бегает с факелом по арсеналу. Представьте себе, какое действие произведет его теория на человека, которого только понятие Добра удерживает от того, чтобы превратиться в зверя.

Впрочем, за ним числились и еще некоторые подвиги, например эксперименты со свитками Табо – а это уже черная магия, причем не выдуманная, а реальная… Возможно, леди Александра этого не знает…

А теперь, если позволите, вернемся к козликам. Итак, пресловутая церковь не имеет ничего общего со знаками, которые вы видели в Аркенайне. Знаки эти, как я уже говорил, относятся к древнему языческому культу. Я полагаю, все совершилось случайно… или закономерно, это смотря с какой стороны подходить.

Когда война закончилась и братьям стало нечем заняться, они заинтересовались науками, в том числе и геральдикой. Среди них было не так много настоящих, потомственных рыцарей. По-видимому, мейерские братья пустились в изыскания, чтобы разработать себе гербы, и оказались в плену древних сказок. Шаг за шагом: от легенды к мистерии, от мистерии к ритуалу, от ритуала к культу древних демонов. Поэтому их знаки и похожи на трогарские гербы.