Мост через огненную реку

Лориан тоже был здесь, но к ним не подходил, возился с лошадьми. Квентин Мойзель сидел на корточках рядом с Энтони.

– Когда стражу распустили, мы разошлись по домам. Занялись кто чем, однако связь друг с другом держали. Граница – она и есть граница. Какой бы ни был мир, здесь всякое может случиться, а кто первыми страдает? Мы и страдаем…

Вашу компанию сразу заметили, и вас обоих тоже. Не понравилось нам, что вы в Аркенайн сунулись, ну да не будешь же с лошади стаскивать. Однако за замком мы присматривали и видели, как вы, ваша светлость, коней на дороге у обозников забрали, ну а то, что вы из замка тайком удрали через подземный ход, это последняя курица бы сообразила.

Потом вы коней у табунщика обменяли, в одной деревне почтовые причиндалы купили, в другой – мундир солдатский. Нет, думаю, не просто так все это. Если б вы, простите, драпали, то не так и не туда. Бегут в Ольвию или, кто посмелее, в Мойзельберг, но не в столицу. Подумали мы и решили, что в замке что-то недоброе случилось, да и что хорошего может случиться в Аркенайне? – и вы отправились за помощью.

– А то, что я мог просто уехать, вам в голову не пришло?

– Один? Потихоньку? Без генерала Галена? Не пришло! Туда-то вы вместе ехали. А чтобы удрать и его бросить… тогда это кто-то другой был бы, не вы. Ну, мы и прикинули: до Трогартейна с такими лошадками, как ваши, дней пять, да обратно, считай, столько же, да еще там… В общем, четыре дня назад собрали мы восемь десятков народу, кто посмелее да у кого родные на пожаре погорели, засели в ущелье и стали ждать.

Смотрим, вы с солдатами пробираетесь, ну, и мы за вами. Вот только Габриэль не сразу ход нашел, оплошал… А уж как в замок выбрались, мы по вашему пути пошли: сперва в зал этот, с клетками, там нам рассказали, что за разговор у вас был, тут уж Лориан с Габриэлем не оплошали, прямо к печке привели.

– И вовремя привели. Еще бы минута… – Энтони поморщился и, чтобы отогнать воспоминание, сменил тему.

 – А что за пожар у вас был?

– Степь у нас осенью горела. С пяти концов горела, и ночь ветреная выдалась на редкость, даже для осени. А в степи табуны, пастухи при них, поселки степные… Мы как раз ушли в Трогармарк, коней продавать, а когда вернулись…

Габриэль коротко выдохнул, поднялся и пошел прочь. Лицо сотника стало жестким, он тоже встал.

– Пойду я. Надо лошадей посмотреть…

Квентин ушел. Они еще посидели, потом пришел Артона с ужином.