Мост через огненную реку

Круглая физиономия обычно степенного Жерара при звуках этого голоса просияла, и он, забыв всю свою важность, самолично принялся помогать гостю, замерзшие пальцы которого с трудом справлялись с обледеневшими завязками.

– Ваше превосходительство! Надо же, как это вы пустились в путь по такой погоде! Что вам угодно – командуйте!

– Когда мы две недели назад пересекли тайскую границу, погода была нормальная. Не поворачивать же обратно оттого, что она испортилась. А угодно мне только одно: ужин и постель, ни о чем другом я и думать не могу.

Справившись, наконец, с помощью Жерара с плащом и подбитой мехом курткой, генерал Гален подошел к столу и буквально упал на лавку.

– Мы сегодня с шести утра в дороге. Сначала думали, что за день доедем, а потом обидно было останавливаться на ночлег в нескольких милях от города. Хорошо хоть, что стража у ворот нас пропустила: меня здесь пока еще помнят. Жерар, могу я попросить: пусть ваши слуги займутся нашими лошадьми и вещами, и гоните сюда моих людей, они тоже на ногах не стоят.

Десять минут спустя, когда кухарка уже вовсю разогревала ужин, дверь в кухню отворилась и вошла герцогиня Баррио. Эстер не то собиралась спать, не то уже легла и теперь не стала одеваться, только накинула капот, что лишний раз доказывало: ночной гость был в доме совершенно своим.

– Добрый вечер, Теодор! – кивнула герцогиня. – Нет, вы меня не разбудили, а жаль, это было бы радостное пробуждение. Не вставайте, я не сомневаюсь, что правила хорошего тона вам известны.

Теодор сидел, подперев голову руками, и внимал потоку ее красноречия, радуясь, что не надо отвечать. После тяжелой дороги по холоду его совсем разморило в теплой, наполненной вкусными запахами кухне, и если бы он так зверски не хотел есть, то уснул бы прямо тут, положив голову на стол. Кухарка подала ему разогретый на второй жаровне ужин, Эстер поставила кружку с горячим вином.

Слуги генерала, невзирая на приказ, еще возились в конюшне, мажордом ушел проследить за тем, как готовят комнату для гостя. В кухне осталась лишь герцогиня, которая и составила Галену компанию, взяв себе вторую кружку вина. Утолив первый голод, Теодор обрел способность разговаривать.

– Ну вот! – сказал он. – Разделали мы этих, со стрелами, как мясник барана.