Мрак

Там ходят горные козлы, там воздух еще чище, и мысли становятся нечеловечески ясными, правильными. Недаром же всякие мудрецы взбираются на жилье как можно выше.

Он бежал вниз по склону, на плечах была приятная тяжесть теплого горного барана. Дурень отбился в сторонку, показывая самостоятельность, молодой и неопытный, а значит – сочный, нежный, не нарастивший тугих жил, и Мрак попал стрелой в горло.

Баран сделал прыжок и рухнул со скалы к ногам Мрака. Мрак перерезал горло молодому дурню раньше, чем всполошилось стадо.

А старый опытный вожак, которому было видно все, лишь грозно топнул копытом. Глаза его были злые, остерегающие. Мрак развел ладони в стороны. Мол, я уже удовлетворен, больше не возьму. Тебе же лучше: на следующее лето этот дурак начал бы с тобой борьбу за власть над стадом.

Чуть повеселев, он вскинул еще теплую тушу на плечи, помчался вниз. Когда из-за поворота вдали показалась хижина, он от неожиданности сбился с бега. В сторонке щипали траву двое новых коней, из щелей в крыше вился, несмотря на рань, синий дымок.

Мрак заторопился, уже различил на одной лошади расшитую попону. Такие выбирал для своих коней Гонта, за что его поедом ела Медея…

Когда он был в сотне шагов, Гонта вышел навстречу веселый, сияющий, как кот, стащивший сома. Правда, Мрак заметил и тревожные складки на лбу.

Гонта раскинул руки:

– Уже с добычей? Рано ты встаешь!

– Чтобы поспеть сюда в такой час, – ответил Мрак, – надо встать еще раньше.

Пока обнимались и выбивали друг из друга пыль, в распахнутых дверях появилась Светлана, за ее спиной высился Ховрах.

Он потолстел еще, пыхтел, а рот стал шире, чем у Хрюнди.

Гонта отстранился, счастливо смотрел в лицо Мрака:

– Боги!.. Ты все-таки добился своего.

– Все еще не веришь? – спросил Мрак.

– Не верю, – признался Гонта. – Царская дочь в жалкой хижине?

– Я тоже не верю, – ответил Мрак.

Голос его был серьезным, и Гонта тоже посерьезнел, оглянулся на Светлану. Она стояла в дверном проеме, наблюдала за ними с задорной улыбкой.

– По ее виду, – сказал Гонта осторожно, – я бы сказал, что она счастлива.

– Сейчас разделаем барана, перекусим… Расскажешь, что заставило тебя покинуть Медею так внезапно.

– Почему ты решил, что я близок с Медеей? – ощетинился Гонта.

– Да уж слишком грызлись, – буркнул Мрак. – Как будто видели, что боги вас сводят, потому упирались и кусались вовсю.

Гонта не ответил, но, пока разделывали барана и насаживали кусочки мяса на прутья, посматривал на Мрака удивленно и настороженно.