Мрак

Судя по тому, как хихикали и дергались, парень пытался засунуть руку ей за пазуху поглубже, а девушка со смехом противилась, выгибалась, но все же позволяла медленно продвигаться все дальше и дальше.

Мрак, нарочито топая, подошел ближе. Когда с неудовольствием оглянулись, сказал грубо, скрывая неловкость:

– Ребята, я ищу Милену. Кто-нибудь ее видел?

Парень посмотрел на девушку. Та с независимым видом пожала плечами:

– Меня зовут Милена. А что?

– Ты? Должна быть еще одна Милена. Невеста Зарембы.

– Это я его невеста, – сказала девушка.

 – А Заремба сейчас в поле. Он на заставе.

Мрак ощутил, как тяжелый ком в груди начал превращаться в горячий слиток металла. Стало тяжело и жарко. Он выдохнул с трудом:

– Уже… под заставой. Я сам похоронил его.

– Ты его убил? – спросила девушка. Она перевела взгляд на своего парня. Тот пожал плечами, на Мрака смотрел с недоумением.

Мрак вытащил перстень:

– Он велел передать. Сказал, что теперь свободна.

Парень при виде простого перстенька пренебрежительно фыркнул.

Мрак перевел взор на пальцы девушки, где уже сверкали в слабом свете луны два колечка вдвое шире. И камушки там были крупнее. Милена небрежно опустила перстенек в кармашек на боку, пожала плечами:

– Невесте человека, который полжизни проводит в поле богатырском, надо быть предусмотрительной.

– Да ты надень. Два подарил я, один он, будет три.

Мрак отступил на шаг, горячая тяжесть стала огненной, пекла грудь изнутри. Тяжелая волна крови ударила в голову. Руки сами метнулись за рукоятью секиры.

Ладони затрепетали от счастья, привычно ощутив ее недобрую тяжесть. Лунный свет мертво и страшно отразился на лезвии. Он представил, как с одного удара рассечет тело, как во все стороны брызнет кровь, будто со всего маху ударил по луже, на душе стало легче.

Парень и девушка застыли. Глаза вылезали из орбит, но что остановило Мрака в смертельном замахе, так это не страх, а непонимание на их лицах. И он вдруг усомнился, прав ли. Или так и принято в Куявии?

Руки ослабели.

Он отступил на дрожащих ногах, сунул секиру в петлю, вытер мокрый лоб, весь в крупных градинах пота, отвернулся.

– Эк его, – услышал он за спиной дрожащий голос девушки. – Видать, тоже с застав… Порченый.

– Им тяжко, – сказал голос парня. – Потому все злые.

Мрак повернулся, уходил, сгорбившись и волоча ноги. Услышал, как в спину крикнул парень:

– Ежели переночевать или что… заходи в дом, что у колодца! Скажешь, Бенаки прислал.

Но Мрак уже уходил.