Мрак

Мрак вышел на середину двора, и тут тяжелый грохот заставил повернуть голову. Из соседнего подвала шел, сильно припадая на правую ногу и повесив голову, непомерно широкий в плечах человек, на голове которого среди отрастающих волос ясно выделялась длинная прядь.

– Гонта, – выдохнул Мрак.

Гонта шел, стиснув зубы, тяжело гремел цепями. У него, как и у Мрака, были стянуты цепями руки за спиной, а к ногам прикована наковальня. Он тащил ее, загребая землю, на камнях она грохотала, высекала мелкие искры.

Тцар уже сидел в окружении советников и воевод.

И хотя уже не было Рогдая, Руцкаря, Голика, не было постельничих, но место близ тцаря пусто не бывает: льстили и гнулись, едва ли не до подошв. Остальные скамьи были пустыми, и в этой пустоте Мраку почудилось что-то обрекающее на гибель всю Куявию.

– Гонта, – повторил Мрак громче.

Гонта вскинул голову, глаза были неверящими. Распухшее от побоев лицо обезобразили ожоги, ноздри вырваны напрочь, а на лбу ему выжгли огромное тавро, которым клеймят скот. Правая часть спины была в засохшей крови.

– Мрак?.. Мрак, – прошептал он, и Мрак с болью увидел, что передние зубы красавца вожака разбойников выбиты, из десен течет кровь. – Довелось свидеться…

– Потерпи чуть, – сказал Мрак тихо. – Скоро свидимся снова. И уже не расстанемся.

– Врешь, поди, – прошепелявил Гонта.

Додон сказал свистящим шепотом:

– Быстрее! Кончайте обоих.

Палач, огромный мужик с мешком на голове, подошел медленно, тоже словно нехотя. В прорезях блестели глаза, лица Мрак не разглядел.

В руке палача был широкий меч со скошенным лезвием.

Мрак напрягся, видя, как меч начинает медленно подниматься. И тут раздался визгливый вопль Додона:

– Не мечом, говорю! Меч – для благородных голов. Топор возьми, дурак.

Палач нехотя отнес меч в угол дворика, что-то бормотал, долго копался с решеткой, исчез надолго, наконец вернулся с широким топором. Еще издали вскинул над головой:

Мышцы играли силой, перекатывались, как толстые змеи. Додон крикнул торопливо:

– Да-да! Быстрее руби!

Палач заново засучил рукава.

Он все присматривался к шее Мрака, посматривал на шею Гонты, сравнивал, примеривался, и Мрак видел в его глазах растущее уважение.

– Первый раз, что ли? – сказал Мрак раздраженно. – Откуда тебя такого привезли?

Палач, не отвечая, поплевал на ладони, взял топорище обеими руками. Снова всмотрелся в шею Мрака прицельно, спросил громко:

Ответа не было, палач поднял голову. Додон и его приближенные повернули головы в сторону ворот.