Мрак в конце тоннеля

Мои ноги подогнулись в коленях, я повалился вперед, рукой инстинктивно схватившись за подпорку, – это и удержало меня от падения. Я хлебнул воды, но все-таки не ушел на самое дно. А тут еще Валера услышал чьи-то голоса…

Действительно, кто-то двигался нам навстречу; я слышал человеческий смех, но в моем бредовом состоянии это воспринималось, как нечто само собой разумеющееся. Но Валера поднял тревогу и взял меня на буксир, вталкивая в отходящую влево ветку подземного хода. Штольня круто уходила вверх, подъем казался мне просто невозможным, но здесь не было воды.

И свет под потолком не горел. Я лег на пол и затих, как велел мне Валера.

– Кажется, прошли, – послышался его шепот.

Я промолчал: не было сил говорить.

– Чертовщина какая-то, – едва слышно сказал он. – Мы же когда к семнадцатому шли, не было никаких веток. Куда же мы тогда попали? Это совсем другая ветка. И этот ход… Интересно, куда он ведет? Наверх куда-то… И подпорок нет, и света… Может, перемычка какая-то. Недавно сделали…

Как можно было поверить в то, что под землей, под огромной – нет, гигантской Москвой какие-то люди смогли создать целый муравейник, состоящий из ячеек-бункеров и множества соединительных проходов? Но мне-то пришлось побывать в шкуре такого муравья, и я знал, что все это не так уж трудно, если работать без устали, в две смены, без техники, не жалея людей.

К тому же процесс идет уже давно. Не все объекты еще отремонтированы, но многие из них уже включены в подземную паутину. Фактически, под Москвой жил и развивался целый город. Чья-то прихоть переросла в реальную выгоду. Наркотики, клубы, казино… И еще в бункерах можно создавать нелегальные клиники по пересадке органов, куда не сможет добраться никакой спецназ. А еще здесь можно готовить и отправлять наверх смертников-террористов, которые будут держать в страхе всю Москву. Неизвестно, есть ли у Калистратова такая задумка, но база для этого уже существует.

– Надо дальше идти, – сказал Валера.

Я согласно кивнул, но только напряг мышцы ног, чтобы подняться с земли, как меня накрыло волной обморока.

В чувство меня привел укол. Валера снова подкачал меня промедолом, но я уже знал, что это как мертвому припарка. В сознание я пришел, но на ноги встать уже не мог.

– Здесь меня оставь, – едва слышно пробормотал я.

Валера схватил меня за ворот куртки и потянул за собой вверх по штольне.

– И совсем не трудно, – с пыхтеньем приговаривал он.