Мужчина моей мечты

Однако, мистер Браун, теперь я склонен думать, что наше с вами совместное пребывание в этом забытом Богом уголке сможет оказаться не лишенным некоторого удовольствия.

— Надеюсь, вы не собираетесь заводить интрижку с этой маленькой мисс?

— Да вы с ума сошли! Разумеется, нет. Разве вы не заметили, что мы с ней только что объявили друг другу войну?

Арнольд Пенуорти в третий раз поднял глаза от письма, которое держал в руке, и снова внимательно взглянул на Девлина: с того момента, как он вскрыл конверт, почтенный сквайр так и не успел разглядеть сего джентльмена.

Затем мистер Пенуорти опять углубился в чтение. У сквайра были теплые, дружелюбные карие глаза, и даже в этот момент, невзирая на его явное волнение из-за просьбы, содержащейся в письме, взгляд его оставался приветливым.

Когда Девлин вошел, чтобы передать мистеру Пенуорти письмо, тот поднялся из-за конторки, и молодой человек почувствовал себя настоящим гигантом: достопочтенный сквайр оказался коротышкой, на дюйм или два ниже своей дочери, да к тому же еще и с брюшком — кругленький, словно бочонок эля.

Меган совсем не походила на отца. Девлин знал толк в корсетах, коих на своем молодом веку поснимал с леди немало, поэтому он мысленно предположил, что подобными тесными приспособлениями мисс Пенуорти не пользуется — у нее и без них стройная фигурка с осиной талией.

Мисс? Девлин точно не знал. Возможно, она замужем, так как выглядит вполне взрослой. И вполне вероятно, что ее супруг — блондин, который был с нею сегодня. Но как бы там ни было, спрашивать об этом Девлин не собирался.

— Здесь нет никаких объяснений, зачем надо, чтобы я спрятал вас у себя в конюшне, — вдруг заметил сквайр.

Девлин задумался над ответом, наконец, решив не лукавить, без обиняков сказал:

— Дело в том, что один мой приятель жаждет оторвать мне голову.

Густая рыжая бровь сквайра поползла вверх.

— Приятель, говорите? Девлин кивнул.

— И даже не просто приятель, а мой лучший друг. Произошло чистое недоразумение, а он вместо того, чтобы спокойно во всем разобраться, сгоряча решил во что бы то ни стало свести со мной счеты.

И потому все, кто нас знает, решили, что будет лучше, если я на какое-то время исчезну.

— Понимаю, — изрек сквайр, хотя явно ничего не понял. И снова углубился в письмо.

Единственной общей чертой во внешности отца и дочери был цвет волос. Правда, шевелюра старого джентльмена не имела огненно-рыжего оттенка — видимо, с возрастом она поблекла, и к тому же в ней появилось изрядно седины.