Тут он прижал руки к груди, захлопал ресницами и нарочито пискляво заголосил:
— Прости, дорогой, сначала я решила, что хочу не тебя, а Трэя, но потом еще раз подумала-подумала… подумала-подумала… подумала-подумала… и поняла, что перепутала. Нравится-то мне, оказывается, не граф, а герцог, с чем тебя и поздравляю. Вот такая я тугодумка, но мне можно… я ж девочка. А на девочек не обижаются.
На фрейров, судя по всему, тоже. По крайней мере, у меня не было ни времени, ни желания реагировать на язвительные выпады гостеприимного хозяина.
Да и, по большому счету, — если отбросить нарочитую грубость, которой Йор любил обычно прикрываться — он ведь недалеко ушел от истины.
Поэтому я не стала возражать и уж тем более, спорить.
— Спасибо за помощь, как бы я жила без твоих советов, просто не представляю. Не подскажешь, кстати, где мне сейчас найти Саллера?
— Где?.. — лениво протянул недоэльф. Покосился на окно, закусил губу, словно что-то высчитывая, бросил еще один взгляд на вечернее…нет, уже ночное небо.
— Скорее всего во дворце правителя Намарры. Да, пожалуй, уже там…
— Что?
— А чему ты удивляешься? Или, полагаешь, он в Эрменлейв поехал? Сомнительно… Посуди сама, что мэссеру там делать? А вот король уже, наверняка, соскучился по горячо любимому племяннику и просто жаждет увидеть, а особенно услышать… его доклад. Спорим, что я прав? Из своего служебного кабинета ваш Саллер прямиком отправился к венценосному дядюшке.
— Мне все равно, прав ты или нет, — произнесла сдавленно. — И я не собираюсь с спорить. Просто хочу знать…
От волнения внезапно перехватило дыхание. Я запнулась, сглатывая острый ком, застрявший в горле, и тут же почувствовала, как брат заботливо обнимает меня за плечи.
— Герцог ушел из Хауддана? — теперь вопросы задавал Петька. — Порталом? Почему так внезапно?"
"— А что ему тут делать? — передернул плечами фрейр.
— Все, что нужно, мы обсудили, срочные вопросы решили. Он, конечно, имел право задержаться до утра. Если помнишь, у него имелось разрешение оставаться в этом доме, пока не разгорится свет нового дня. Но мэссер пожелал немедленно покинуть наши земли, и я открыл переход. А куда от так торопился — к его величеству или к любовнице — мне безразлично.
Дальше я почти не слушала.
«Имел право задержаться… — гулко стучало в висках.
