Мы из Кронштадта. Встреча.

Енот, оставшийся на корабле как агент связи, а на деле – как он сам важно сообщил – присматривать, чтобы водоплавающие без нас не удрали – коротко кодово сообщил, что сейчас будет «Бум».

Понятно, бомбометное корыто сейчас выходит на дистанцию прямого удара по базе наших партнеров. А мы останавливаемся. Воняет гарью.

Впереди – за углом небольшого домика сгоревшее вдрызг и расхлестанное бронежелезо. По цепочке вызывают электрика – следом и мне приходится идти, мы в этом рейде – пара.

Понимаю, что это воняющее пережженым железом, горелым пластиком и еще всяким, что остается после уничтожения огнем, было раньше БМП на гусеничном ходу – сидит почти брюхом на земле, бандажи колес сгорели подчистую.

Таких раньше не видел – угловатые формы и сплюснутая башенка с пушкой – все незнакомых, чужих очертаний. Здоровенная махина, так бы сказал, что вообще это танк – но пушечка маленькая – миллиметров 40 калибром скорострелка и в корме здоровенная дверь полуоткрытая, явно для десанта.

- Наша – шепчет побледневший электрик.

- Не, не наша, у наших силуэт другой – чуть было не ляпаю я, но успеваю вовремя промолчать. Больно уж напарник побелел.

- Точно? – тихо спрашивает командир роты морпехов.

- Да, точно – электрик непроизвольно принюхивается.

А чего нюхать – горелыми костями отлично в этом мерзком букете запахов шибает. Дверца для десанта приоткрыта. Морпех осторожно подсвечивает в брюхо сгоревшего монстра фонариком. Так-то дыр в корпусе полно и через них косо бьют лучики света, но такая контрастность как раз мешает что-либо разглядеть в горелом хаосе салона.

В нем-то и целом сразу не разберешься, столько напихано всякого нужного оборудования. а когда все это продырявлено, разорвано и сгорело в придачу - тем более.

- Один был, за пушкой.

Нехорошо. Значит прошел бой после того, как парламентер от соединенных морфочеловекосил убыл. И, судя по сгоревшей трофейной машине – не шибко удачный. Мне приходится придержать его за рукав – он уже рвется поперед батьки в пекло, там где семью оставил. Мы должны ждать.

Разведка из морпехов уже ушла веером. В том числе и поглядеть в направлении, куда смотрит ствол пушки погибшей машины.

По гильзам судя – молотила эта пушечка обильно.

А по дырам в броне – по ней прилетело тоже от души.

Морпехи кучкой, прикрывая друг-друга образуют периметр. Один залезает в сгоревшего монстра. Сижу, глядя на короб из брони и мысленно ежусь – очень не нравится мне с таким агрегатом бодаться, страшна для пехотинца машина шведского танкопрома.