Мы (ЛП)

Проживай свою жизнь, как тебе хочется, и делай, что делаешь. И знай, что на твоей стороне всегда будут люди, которым не плевать на тебя.

Я снова смаргиваю набежавшие слезы.

– Спасибо вам, – повторяю.

– Здорово победили сегодня, – добавляет он, а потом вешает трубку.

Мои пальцы дрожат, когда я кладу телефон на бедро. Блейк бросает на меня заинтригованный взгляд.

– Старый друг. – Мое горло так сжалось, что непонятно, как у меня получается говорить. – Просто позвонил поздороваться.

Блейк энергично кивает.

– Привет из далекого прошлого, да? Клево.

Хотя не всегда. Знаешь, кто ни с того ни с сего позвонил мне на прошлой неделе? Один дебилоид из школы. А знаешь, чего он хотел? Чтобы я засадил его чиксе.

– Серьезно? – Я ошарашенно разеваю рот.

– Серьезно, как смерть. – Блейк округляет глаза. – Оказалось, что чпокнуться с хоккеистом – ее голубая мечта, вот он и подумал, что я буду чудесным подарком на ее день рождения.

– Ничего себе. – И тут я прищуриваюсь. – Твою мать. Только не говори, что ты согласился.

Блейк загадочно усмехается, и я издаю громкий стон.

– Блейк Райли, ты реально больной.

Усмешка на его лице дергается, и он разражается хохотом.

– Да ладно, расслабься. Естественно, я отказался. Я не настолько блядун.

– Не гони, Райли, – долетает до нас голос Эриксона, который сидит через проход. Видимо, не я один офигел от Блейкова привета из прошлого. – Ты настоящий кобель.

– Гав! – отзывается Блейк.

В ответ Эриксон воет, к нему присоединяется Фосберг, и вскоре половина моих одноклубников завывают, как ненормальные, до тех пор, пока со своего места не поднимается тренер Хэл.

– А ну замолчали, тупицы. – Он садится назад, и я слышу, как он бормочет нашему тренеру по защите: – Честное слово, как дети.

Я проглатываю смешок. Он прав. Мы и правда как дети. Взрослые и накаченные тестостероном дети.

Удивительно, но, когда автобус наконец-то останавливается возле отеля, мое настроение остается по-прежнему неплохим. Поблагодарив водителя, я вслед за Блейком ступаю на тротуар и сразу же ослабляю галстук.

Фрэнк не одобрит, что я расстаюсь со своим прилизанным видом, еще не добравшись до номера, но мне наплевать, что он там…

Черт. Наверное, я все-таки поспешил. В лобби стоит с полдюжины репортеров. Кто-то уже сует мне под нос микрофон, и я издаю мысленный стон. У меня нет настроения разговаривать с прессой. Чертов Фрэнк, думаю я. Мог бы предупредить, что после вчерашнего интервью наш отель наводнят журналисты.