— Эшли, пожалуйста, не думай, что я оправдываю Кэтрин, — заговаривает серьезно, сосредоточив на мне внимание. — Я прекрасно отдаю отчет тому, что моя дочь поступила некрасиво по отношению к тебе. Я пробовала с ней говорить, когда узнала об их встречах с Шоном, но, к сожалению, не в моих силах всему помешать. У нее сложный характер, Говард многому попустительствовал, пока Кэтрин жила с ним, и в некоторых моментах вы очень разные.
Патриция решительно выдыхает, складывая перед собой руки в замок и подбирая слова:
— Если хочешь, мы сегодня же все это вместе обсудим! Ты не должна быть одна и думать, что мы с Брайаном не поддерживаем тебя.
Это не так!
Я и не думаю. Мне просто хочется обо всем забыть и идти дальше к намеченной цели. Когда стоишь, проблемы не уходят, они остаются на месте, как непосильный груз. Если потребуется бежать, чтобы от них избавиться — то я готова выбиться из сил.
Я делаю глоток сока и отставляю стакан в сторону. Смотрю на мачеху:
— Нет, не хочу. Все нормально, Пэйт.
Да, так вышло, что я узнала обо всем последней. Но во-первых, между нами с Рентоном уже все закончилось, а во-вторых, если не Кейт, то будет другая. Мне не нужен парень, для которого ни я сама, ни мое доверие ничего не значат. Я это точно переживу, не волнуйся. Просто… ох, — я устало вздыхаю, отводя взгляд и возвращаясь к еде. — Этот день для начала должен закончиться, чтобы о нем забыть!
- А вот это правильно, дочка! — папа оказывается рядом, наклоняется и целует меня в макушку.
— Это парень не стоит того! Я уверен, Кейт вскоре и сама поймет, что сделала не лучший выбор."
"Кейт и поймет? Ха! В каком месте громко фыркнуть? Я успела ее хорошо узнать, чтобы убедиться: в кукольной голове Кэтрин Хардинг никогда не рождаются мысли под статусом «Самоанализ». И уж тем более ей не знакомо чувство сожаления!
Когда она входит в кухню, притащив за собой дурацкий розовый рюкзак поросенка, то выглядит очень довольной и счастливой.
— Привет семья! — обращается к родителям, махнув хвостом. Обойдя стол, бросает рюкзак на стул рядом со мной.
С некоторых пор ей нравится покушаться на мое личное пространство.
— Даже не думай! — я наставляю на нее вилку, не глядя в ее сторону. — Здесь занято! Или я буду обедать в другом месте.
— Да начхать! — она оставляет рюкзак, но сама обходит стол и садится напротив, сбоку от матери.
