Мы вернемся!

— Да-а, вот это история, романы писать можно! — восхитился капитан. — Не то что у нас. Я после прошлого ранения под Туртукаем только и занимаюсь здесь тем, что слежу, как моя рота землю на валы укладывает да потом рвы под ними углубляет. Третий месяц уже пошел, как мы тут землекопами трудимся. Александр Васильевич по три раза самолично все укрепления объезжает и уроки всем раздаёт. Не выполнишь его в срок — и чего только не выслушаешь тогда о себе. Сам-то он на язык резкий, я его ещё по Польше хорошо знаю. Но вместе с тем справедливый он командир и заботливый.

У нас его солдаты сильно любят. А я думаю, что был толк с вашего последнего поиска. Не зря же вам всем три дня отдыха и освобождения от всех работ дали.

— Думаю, да-а, был, — согласился с Григорием Алексей. — Две сотни сипахов на засаде выбили. Из десяти языков даже один подраненный субаши оказался, все сведенья по подходящему корпусу они нам дали. Потери у нас маленькие, из убитых только вот один мой человек. Да ранены ещё трое, опять же мой тяжело, после тех изуверских пыток, — и Лёшка скрипнул зубами.

 — Не будет у нас отдыха, Гриш, должок у меня есть там кое к кому, — и он кивнул в южную сторону.

* * *"

"План ночного тайного выхода егерей, внимательно выслушав капитан-поручика, Суворов одобрил сразу. Чувствовалось, что этот офицер уверен в том, что сейчас говорит, да и польза с его дела могла быть весьма существенной. Не позднее чем через два дня, как рассказали допрошенные языки, корпус сераскира Хюсейна со стороны черноморской Кюстендже[6] должен был подойти к Гирсово.

Состоял он из десятитысячного отборного войска, выделенного из столичного гарнизона. Правящий Османской империей султан Мустафа III был весьма дальновидным и энергичным правителем. Он всячески пытался реформировать свой государственный аппарат, армию и флот, чтобы сократить отрыв между своей империей и европейскими державами, и прежде всего, конечно же, Россией. Но сделать это в стране с сильными восточными традициями ему было чрезвычайно трудно. Любые его реформы или даже планы что-либо изменить встречали яростное сопротивление как у светских, так и у духовных властей страны, причём абсолютно всех её уровней. Мустафа III заручился поддержкой у западных союзников, и прежде всего у Франции. С помощью их была основана военная школа для обучения турецких командиров новым способам ведения европейского боя. Были также основаны академии математики, мореплавания и науки. Открыты новые оружейные фабрики и мастерские.