Мы вернемся!

«Сим образом, — рапортовал Суворов, — гоним был неприятель до тридцати вёрст, пехоту свою оставляя за собой острию меча». Преследование турок не завершилось и ночью. В темноте командующий с основными силами пехоты ушёл к Гирсову, но его конница продолжала рубить бегущих до следующего вечера.

Противник потерял, кроме семи орудий новейшей французской системы, весь свой обоз и более двух тысяч убитыми. Как докладывал Румянцеву Суворов, «около редутов и ретраншементов 301 человек на месте оставлено, да в погоне побито пехотой более тысячи, гусарами порублено 800, кроме тех, коих по сторонам и в бурьянах перечесть не можно!».

В русских войсках, по его рапорту, «было убито десять, шестьдесят семь тяжело и сто легко раненных, убита тридцать одна лошадь, ранено сорок шесть».

После сокрушительного поражения под Гирсово, и видя, что русское командование разворачивает свою армию для нового наступления, османы пошли на переговоры с Румянцевым.

Командование первой армии должно было бы насторожить, что, согласно реляции Суворова, противник начал не только сражаться по-новому, но и проявил при этом столь удивительную для османов стойкость и силу духа.

Даже в бегстве турки собирались возле своих командиров и пытались задержать преследующих, сражаясь насмерть. В плен же их и вовсе сдалось очень малое число — около трёх сотен, в основном раненых, и в своём большинстве — тяжело.

Русское командование и представляющие правительство в ставке Румянцева вельможи могли, но не захотели понять, что османы не собираются прекращать эту войну.

Пустые переговоры о перемирии продолжились ещё целый месяц, и только после настойчивых требований императрицы действовать решительно Пётр Александрович отдал наконец-то приказ к наступлению. Шла вторая декада октября.

Глава 11. Мы ещё вернёмся!

— Вот мы им дали, Алёшка! Раз пять турок штыками сбивали с позиций! Я сам фузею у своего раненого взял, а когда её обратно каптенармусу возвращал, так она вся в засохшей крови была! — с восторгом и с какой-то гордостью рассказывал егерю эпизоды недавнего боя Григорий Троекуров.

— Да, хорошо мы османам всыпали, — согласился Егоров. — Сейчас бы самое время Силистрию взять или хотя бы так надёжно её гарнизон обложить, чтобы он сидел там и не дёргался в этих своих укреплениях. А самим бы принудить турок к полевому сражению, разбить их наголову и выйти стремительным маршем к Шумле и Варне.