На тумбочке горела лампа для чтения, очки съехали с носа, книжка, которую она читала, упала на пол. «Любовник» Маргериты Дюрас. Страницы были все в пятнах, корешок уже начал расклеиваться. Взгляд Эйры выхватил несколько строчек, речь в которых шла про любовь. И не только про нее, поняла она, прочитав отрывок – по ходу действия парочка занималась сексом. Для главной героини это был первый раз, и с того момента она поняла, что ей нравится заниматься любовью. Или мужчине так только показалось?
Когда Эйра захлопнула книгу, из нее выпала закладка.
Она наугад сунула ее обратно. Она испытывала чисто детский стыд из-за того, что застукала свою маму за чтением чего-то эротического.
И тут ее осенило. Возможно, всему виной было то, что ее тело до сих пор хранило на себе следы одного любовника, так что любой судебный медик с легкостью мог бы их засвидетельствовать. Она же совсем ничего не знала о маминой личной жизни за последние девятнадцать лет. Или даже еще раньше. Родители развелись, придя к вымученному согласию.
Едва ли не через год ее отец снова женился, из-за этого Эйра всегда подозревала, что именно он выступил инициатором развода. Но что, если все было наоборот?
Она положила книгу на ночной столик, пообещав себе обязательно прочесть ее на досуге. Будет о чем поговорить с матерью, причем не раз и не два, потому что Черстин, кажется, забывала прочитанное. Эйре было интересно, по-прежнему ли ее мама способна получать наслаждение от красивого языка и сюжета или она укладывается спать с книгой только по привычке, потому что всегда так делала.
После этого она отправилась в душ. Ее тело казалось чужим и близким одновременно, с неприятным раздражением в интересных местах. Эйра три раза почистила зубы, но привкус все равно никуда не делся.
Привкус спиртного. Его. Всего.
Когда она, немного запоздав, явилась в Управление, совещание уже началось. Эйра украдкой сунула жвачку в рот и, здороваясь с коллегами, старалась не дышать.
Она так и не смогла себе уяснить, насколько далеко продвинулось расследование.
Прежде сотрудники работали куда более сплоченной командой, теперь же каждый носился сам по себе в зависимости от того, что требовалось на данный момент, то и дело отвлекаясь на другие дела. Все было гибко, в движении. Это очень походило на изменения, произошедшие в обществе в целом, и само понятие «группа» отныне было весьма расплывчатым. Информация распространялась среди большого числа людей, объем знаний вырос, зато связи между сотрудниками ослабли.
