Знак «Стоянка запрещена» находился на положенном месте, «Жигули» и старенькая иномарка притулились возле тротуара, должно быть, принадлежали они жильцам, чьи окна выходили на эту сторону.
— Да, тут от досужих взглядов не укроешься, — заметила Женька.
— Вот именно. К тому же ребенка, садящегося в машину, мог увидеть кто-то из окна. — Тогда в соседний двор потопали. Далеко ножками двигать похитителю не с руки, и где-то он тачку свою приткнул.
— Похитительница, — поправила я. — Лелька сказала: тетя Люда.
— Женщина украла чужого ребенка? — не поверила Женька.
— Что-то я о маньячках не слышала. А бомжихи с симпатичными коккерами в электричках не побираются.
Если честно, к рассуждениям подружки я не очень-то прислушивалась, потому что чувствовала: мы на верном пути, собака и ее хозяйка, скорее всего, причастны к похищению.
Соседний двор был значительно больше, и детская площадка соответственно тоже. Дома пятиэтажные и насчитывали по четыре подъезда.
Первым, кого мы встретили в этом дворе, был персиковый пудель, он несся нам навстречу не разбирая дороги.
Грозный женский окрик пресек его попытку покинуть двор. Полная женщина с очень важным лицом сидела на скамейке и погрозила питомцу поводком. Женька неожиданно заехала мне локтем в бок и устремилась к женщине, хотя я бы на ее месте не спешила, такие тетки, как правило, не очень-то разговорчивы. Но Женьке повезло, хозяйка пуделя вовсе не была такой уж грозной.
— Простите, — голосом потерявшегося ребенка начала канючить подружка. — Вы не видели здесь рыжего коккера по кличке Баксик?
— Нет.
А что, у вас собачка потерялась?
— Да. Два дня назад. Дети из соседнего дома сказали, что видели здесь похожую собаку.
— А ведь точно, бегал песик, симпатичный такой. Но ни вчера, ни сегодня я его не видела.
— А когда вы его видели? — заходясь от восторга, спросила Женька.
— Позавчера. Они еще с Тошкой играли…
— А когда это было, днем или вечером?
— Днем. Вечером я его точно не видела, а днем бегал… впрочем, вряд ли это ваш песик, по-моему, он был с хозяйкой.
— По-вашему или точно с хозяйкой? Вы простите мою назойливость, но я очень переживаю из-за собаки, — опомнилась подружка.
— Что вы, я понимаю. Если бы Тошка пропал, я бы, наверное, не пережила… Думаю, он был с хозяйкой. По крайней мере, раньше я видела молодую женщину с коккером на поводке. Она здесь не живет, может, к кому-то в гости приходила или прогуливалась.
— Когда раньше? — решила уточнить я.
— Ну… на той неделе, два раза.
