Обычное дело, когда с одной стороны тренер, воспитавший чемпионов, а с другой — явный неудачник.
— И вы действительно ему завидовали? — спросила я.
Вопрос этот поверг Максима Ильича в раздумье, он вертел в руке карандаш, смотрел на него, и казалось, что именно карандаш занимает его в настоящий момент больше всего."
"— Нет, — наконец ответил он. — Я ему не завидовал. Иногда жалел, было время — ненавидел. Он, знаете ли, из тех, кто шел по головам, не угрызаясь и даже не думая об этом. Делал то, что считал правильным.
Многого добился, и казалось, что он прав, что по головам — это допустимо. Ему хотелось, чтобы и другие согласились с этим. Многие так и сделали, а я нет. Наверное, какие-то сомнения в своей правоте у него все-таки были, иначе непонятно, почему он оставил меня в школе. Впрочем, очень возможно, надеялся убедить и меня. Но так и не сумел. А собственные дети точно мстили ему, он воспитал хороших спортсменов, но не смог, да попросту и не мог воспитать хороших детей, потому что сам был настоящим негодяем.
Я не буду ворошить прошлое и объяснять, почему я так считаю, вас ведь интересует не Станислав, а его дети.
— Вам известно, за что его сын угодил в тюрьму?
— Конечно. Первый раз он получил условный срок. История вышла шумная. Валера позаимствовал чужую машину и вместе с сестрой отправился покататься. Оба были пьяные. На выезде из города, прямо под мостом, он сбил женщину, она скончалась. Машину разбил. Ингу извлекли из кабины совершенно пьяной, почти голой, она смеялась и, кажется, даже не понимала, что произошло.
У погибшей женщины было трое детей, она возвращалась с работы. Можете представить, какое все это произвело впечатление. Совершенно замять дело не удалось, был суд, Валерий отделался условным сроком, но эта история просто подкосила Станислава. Как будто рухнул мир. Он считал себя непревзойденным педагогом.
— Все это произошло после несчастья с Ингой? Я имею в виду травму? — спросила Женька.
— Да, примерно через год после этого. Валеру судили в мае.
Он был младше сестры на два года, она везде таскала его за собой, а он ее обожал, думаю, она воплощала для него бунт против отцовской воли.
— Валерий занимался спортом?
— Год-полтора от силы, еще совсем маленьким. Я думаю, он ненавидел гимнастику, потому что все в семье были на ней помешаны. Инга очень походила на отца, и внутренне и внешне, олимпийское золото было для нее самым главным, самым желанным, и, когда она поняла, что его не будет, жизнь лишилась смысла.
